Убрав руку с её живота, я возликовал: рана исчезла, словно её никогда и не было.
— Маласс, спасибо! Лети! Пока не собралась толпа зевак.
Дракон утробно промурлыкал, будто смеясь.
— Да тут и не соберётся. Не все такие безумцы, как ты! Я даже не удивился, что ты прыгнул с такой высоты.
Повернувшись, я взглянул на скалы, где стояли курсанты.
— Ха… — хмыкнул я, припав головой к её груди, чтобы услышать дыхание. — Инид?
— Оставь её. Она проспит день или два, — фыркнул дракон, раскрывая крылья. — Увидимся на демонстрации. И не влипай в неприятности.
Он взлетел, подняв вихрь песка, и скрылся в облаках.
Подхватив Инид, я направился к академии. У ворот меня встретили недовольные профессора.
— Какого чёрта, Блейк? — вскрикнула Кетрин. — Зачем ты рисковал собой ради этой девчонки? С ума сошёл?
— Отвали! — рявкнул я. Кетрин вздрогнула.
— Но… — слёзы потекли из её глаз. Развернувшись, она убежала.
Я прошёл мимо ворот под перешёптывания курсантов. Профессора смотрели с неодобрением. Не обращая внимания, я шёл к жилому корпусу. Там уже ждали Риджи и Олимпия.
— Велиал! — тяжело дыша, прорычала Риджи. — Почему мы должны за тобой бегать? Ответь! Не притворяйся, что не понимаешь, чем это обернётся. Из‑за тебя снова соберут совет. Ты не должен был её спасать, это вмешательство…
— Мне плевать! — бросил я сквозь зубы.
Сняв с Инид обувь, я уложил её на кровать.
— ПОШЛИ ВОН!
Видимо, это услышали все в академии. Я не мог сдержать ярость. Сила жгла кожу, бурлила внутри. Взмахнув руками, я выпустил тёмную энергию — она пробежала по телу и вырвалась наружу. Резким движением я отбросил их к стене.
— Чёрт возьми! Что ты творишь, выродок? — прокричал запыхавшийся директор, видимо, прибежавший по лестнице.
— Я СКАЗАЛ: ПОШЛИ ВОН! — прорычал я, захлопнув дверь и направившись в ванную.
В зеркале отразилось моё лицо: Мои глаза стали чернее ночи, вокруг них проступили чёрные вены… И — чёрт! — крылья!
Видимо, сила Маласса залечила и мои раны: за спиной расправились чёрные, как смоль, крылья. Они выросли — намного больше, чем прежде. Я ощущал их мощь, их тяжесть, их немую угрозу.
Я замер перед зеркалом, впитывая это новое отражение. Потом медленно разделся и шагнул под душ. Холодная вода обрушилась на плечи, стекая по спине, по рукам, смывая жар и ярость. Я упёрся лбом в стену, закрыв глаза, пытаясь остудить кипящую внутри бурю.
Когда я вышел, переоделся в чистое и опустился на стул у кровати Инид, в голове билась одна мысль: зачем?
Эта девчонка — ничто для меня. Просто ещё одна курсантка. Но почему тогда я прыгнул за ней? Почему отдал часть себя, чтобы спасти её? Почему сейчас сижу здесь, глядя на её спокойное лицо, и не могу уйти?
Глава 12
Инид
— Да мне плевать, что ты хочешь! Этот подонок не узнает о том, что вы живы, и точка! — кричал мужской голос где‑то внизу.
— Она же сама будет его искать, как ты не понимаешь? Ты должен отпустить нас — от него не скрыть родную кровь, — со всхлипами говорила мама. — Он найдёт нас!
— Не найдёт. Ведь ты скроешь её силу.
Я слышала только тихий плач и всхлипы где‑то в конце длинного коридора. А затем раздался резкий крик — и я побежала на него.
— Мамочка, где ты? — кричу я в темноту.
Молчание…
— Мамочка?!
Забежав в комнату, я увидела маму рядом с мужчиной — он не успел отойти от неё. В руках он держал крыло, белоснежное, как снег. Лишь потом я заметила маму: вся её спина была в крови, она тихо вздрагивала, сидя на коленях, опустив голову к полу. Крылья… Он лишил её их.
У нас с мамой они были разные. У мамы — большие, белоснежные, как первый снег; каждое пёрышко переливалось. А мои — как у папы: чёрные, как ночь. Конечно, не такие большие, как у мамы с папой, но они вырастут.
— Мама! — Я рухнула перед ней на колени, схватив за плечи. — Что случилось? Мама… Мама… — Я трясла её за плечи, но она лишь тихо плакала.
Ангел, лишившийся крыльев, теряет силу.
Я повернула голову к мужчине, который смотрел на меня с жестоким оскалом и улыбался — да так широко! Его забавляло происходящее.
— Кто ты? Что ты сделал? ЧТО? — крикнула я, не узнав свой голос.
Вскочив на ноги, я резким движением вскинула руки — и мужчину откинуло в стену, оставив там вмятину. Он скатился вниз и рассмеялся.
— Да, ты именно такая, как я ожидал. Успокойся, милая, — с притворной улыбкой на губах сказал он. — С мамочкой всё в порядке.
— Мой отец убьёт тебя! — прорычала я сквозь льющиеся слёзы.