Пушка была длинная и не широкая, цилиндрической формы, на конце была изображена пасть дракона. Пушка была большой, с туловище взрослого мужчины, она крепилась на деревянные опоры, а сверху её держали стальные канаты, магические камни без устали закидывались в задний отсек пушки, и когда «голова» дракона налилась светом, все поняли, что она готова к бою.
Когда пушка стреляла, казалось, что она изрыгала пламя, отсюда и незамысловатое название, но названия даются только поистине мощным орудиям, и «Извергающий пламя» одно из таких орудий.
Орудие было древним, потому казалось ненадежным, но в его поражающей мощи сомневаться не приходилось, хотя сомневались многие, но по заверениям барона Евруда как он говорил, орудие спасет нас в самый критический момент, и вот, этот момент настал.
Пушка располагалась почти на самой вершине здания барона, выше лишь колокол, к которому не было подхода. Ниже под пушкой, из каждой стороны здания барона выглядывал древний образец многозарядных арбалетов. Арбалеты были шире в дуге, и они извергали сразу три заряда энергии, обладая большей точечной мощностью, меньшей скорострельностью и радиусом поражения.
Арбалеты убивали особо крупные цели, так же стреляя и по подходящему ряду воинов морских жителей которые были в доспехах. Арбалеты хоть и были древнего образца, обладали не меньшей эффективностью в некоторых областях. Если подобный снаряд арбалета в кого-то попадал, то жизнь наверняка покинет бедолагу.
Издалека приближалась ещё одна химера. Она передвигалась на хвосте креветки, подталкивая себя вперёд двумя руками, которые были с изгибом, и больше напоминали косы богомола, под этой парой были две человеческие руки, которые были короткими и судя по состоянию - атрофированными. На спине твари были рудиментарные клешни, пересекающие всю спину химеры, они извивались и неконтролируемо цокали. Человеческая голова, слегка вытянутая, с темно коричневой кожей, на которой были большие глаза, темные и туманные. Глаза ничего не видели, но зрачки внутри, бегали по сторонам, словно находясь в вечной агонии, пасть открывалась, показывая два ряда устрашающих зубов, из глотки вырывался крик боли, ненависти и ярости. Крик был пронзительным и непрекращающимся, заставляя каждого терять часть концентрации.
Продвигаясь вперёд, химера ревела, но на этот раз по приближающейся угрозе никто не стрелял, был отдан приказ главнокомандующего, с химерой справиться «извергающий пламя».
Отстреливаясь от подходящих тварей в доспехах, бойцы не сдерживали себя от беглого взгляда на приближающуюся и ревущую химеру, а так же на пушку, за которую отвечают рабы, что было странно, поручать такое ответственное задание рабам, но сомневаться уже было поздно.
Ряд солдат столкнулся с морскими воинами в доспехах, перед солдатами в обновленных доспехах были наспех возведены преграды из камня разрушенных или частично демонтированных зданий, пики держали морских солдат на расстоянии, а башенные щиты плотно сомкнулись. Но это были всего лишь солдаты, обладающие разной степенью закалки тела. Для морского народа их пики были не опасней иголок, а преграды и щиты были больше похожи на попытку оскорбить или разозлить морскую элиту.
Преграды были грубо пройдены, а щиты и строй были смяты под неумолимым напором стальных рыб.
Химера приблизилась, и уже замахнулась своей рукой косой, желая срезать здание с колоколом и орудиями. Химера была ещё за границей, но рука её удлинилась, и уже стремительно приближалась, со свистом рассекая воздух.
Ещё до замаха орудие начало гудеть, а рабы вокруг «извергающего пламя» покрылись холодным потом, и если бы не ошейники давно бы сбежали.
Орудие гудело, пушка всё раскалялась, обретая красный оттенок, а голова дракона словно рычала, и так же побагровела, словно от ярости. Секунда, и струя пламени была извергнута из рычащей пасти дракона. Пламя тянулось шлейфом за сферическим снарядом, который был запущен в химеру с большой скоростью. Орудие покачнулось от невообразимой мощи, и слетело с деревянных опор, канаты стабилизировали оружие, но опоры были почти разрушены, а само орудие и не думало остывать, только оно выстрелило снаряд, оно покрылось трещинами, которые начали пересекать всего «дракона».
Орудие раскалилось и трескалось всё сильней, а потом и вовсе взорвалось, от остаточной энергии и перегрева. Помещение, в котором находился «извергающий пламя» разлетелось на части, разбрасывая камни и пыль, а вместе с крошками твердой породы разлетелись и кровь, куски сгорающей плоти, органы и части тел, которые были обожжены и изуродованы, после этого всем стало ясно, почему орудие доверили рабам.