Орудия выстрелили круглыми снарядами пламени, которые врезались в кучный ряд рыб. Произошел взрыв, который разрывал морских солдат на ошметки. Выстрелив раз, орудия вышли из строя, весь ствол оплавился, а само орудие почти развалилось, покрывшись сетью трещин, благо хоть не взорвалось, хотя одно взорвалось, забирая с собой троих солдат, которые обслуживали орудие обоюдоострой смерти.
Глава 66
Анахель с трудом ловил крохи воздуха, тяжелое дыхание сопровождало его с момента начала стычки. Он, как и другие, только что пережил настоящую резню.
Битва против орков была менее сумбурной. Творилось настоящее безумие, Анахелю приходилось тяжело, выжили только сильные воины, и среди всех у Анахеля была почти самая низкая культивация, все остальные по крайне мере закончили первый этап закалки тела, как и морские твари. Но Анахель мог убивать, он сражался и побеждал, хоть и с трудом, но он создавал влияние на битву.
В последней битве, он думал, что его противники это только морские солдаты, и ни о чем больше переживать не нужно, но это было не так.
Большую опасность, чем морская элита предоставлял Хенграч, его заливистый смех, а так же широкие низкие дуги, которые он описывал в битве, срубали сразу двоих, а то и большее количество морских воинов за один взмах, и эти опасные дуги, пару раз чуть не перерубили Анахеля. Ярость Хенграча и его желание битвы казалось, затмевали его разум, и он начинал рубить всё, что под руку попадется. С трудом уклоняясь от дуг Хенграча, и попутно защищаясь от морских захватчиков, он обнаружил новую опасность, она была замечена преждевременно, потому он и несколько других бойцов отступили, не потому что струсили, а потому что здраво оценивали свои шансы на победу.
На поле боя по воздуху приплыла огромная медуза, хотя она передвигалась на своих многочисленных щупальцах, только кончиками прикасаясь к земле, на верхней части морского командира застыло лицо, которое скорчилось в вечной гримасе страданий. От медузы распространялись как пульсирующие сферические, так и направленные случайные разряды, и всплески молнии. Медуза казалось ленивой, в отличие от наги командира она не убила никого при своем внезапном появлении.
Ярин, только завидев угрозу, рванул к ней, навязывая бой, который был скрыт от посторонних сферой молнии. От которой время от времени вылетали вспышки, которые задевали неудачливых солдат, и сжигали тех в золу, или вовсе не оставляя даже пылинки.
Подобные разряды прилетали и в Анахеля, но сила молний была неодинакова, кому то везло выжить, но только в том случае если остаточная сила не будет принята напрямую, а будет перенаправлена или отражена.
Молния летела в Анахеля, и он, приложив все свои силы, и повторно использовав силу души – справился с остаточной энергией. Голова его раскалывалась, ощущение было такое, словно элитный морской воин со всей силой приложился ему на голову своей булавой, и со сплюснутой головой Анахеля заставили продолжать сражаться.
Глаза и уши кололо, как от раскаленных иголок, которые проникают в него. Ощущение было ужасным, пару раз Анахель складывался пополам и хватался за голову в особенно острых случаях боли. Такое продолжалось не дольше мгновения, но это заставляло пропускать удары от противников, которые всё не иссякали.
Сплошная мясорубка, боль и поджидающая отовсюду опасность. В таком состоянии Анахелю пришлось провести весь бой, пока он не закончился.
Амулет на его груди, который выдали каждому ещё при окончании банкета обжог холодом, который остудил мозг, и привел Анахеля в чувство, и он вместе с остальными отступил, сплошные взрывы, рёв и грохот раздались на поле битвы. Такое повторилось и во второй раз, при повторном взрыве, повсюду была пыль, которая серым туманом застилала взор на выживших морских жителей. Люди не стали ждать, и сами прорвались сквозь туман, и перерубили всех до последнего. Был это стонущий и вопящий от боли, или чудом уцелевший солдат – было неважно. Последняя битва проходила под вечную симфонию ненависти, рёв, как и раньше непрерывным рокотом раздавался по всему полю боя, только сейчас рёв был тише, но намного яростней.
Сражение на пределе возможностей закаляли, хоть это и было смертельно-опасным испытанием, его Анахель прошел, как и все те, кто выжил, но это, к сожалению или радости каждого была только первая битва против морского народа.