Анахель рубил, набирая всё большую скорость, его лицо пересекла хищная ухмылка, а глаза наливались всё большей жестокостью, так же закрадывалась злоба, которая исходила из самой глубины его сердца.
Анахель смотрел вперёд, его глаза с молниеносной скоростью всматривались в движения Огдолифа, и он подмечал небольшие недостатки.
Конечности Анахеля были растерзанными лоскутами кожи и мышц, только кости были относительно целые, мелкие царапины не проблема, важно чтобы пока ещё хрупкие внутренние органы были целыми!
Но по внутренним органам Огдолиф и не бил, он не хотел убивать Анахеля, слишком много хлопот будет от Ярина и от самого «Храма Битвы», даже если он объявит о своем статусе, хлопот всё ещё будет много.
Глаза Анахеля блеснули, его отчаянная атака, стала ещё отчаянней, он вознес меч над головой, и начал движение, вместе с мечом, закручивая и собственное тело, его тело совершило оборот, первый удар ударил по мечу Огдоилфа, что случалось уже не раз. Столкновение он пережил спокойно, Анахель прокрутился, его тело совершило оборот, и он с мечом начал почти, что падать на Огдолифа. Кровь, слетевшая с его тела, образовывала целый багряный плащ, который потянулся шлейфом за Анахелем. Анахель поднял меч ввысь, и начал его опускать, вместе с мечом, он ударил вперёд и ножом, который заблокировал продвижение меча Огдолифа. Тот слегка опешил от неожиданной мощи, и задействовал волю.
Анахель опустил меч, клинок настиг ключицу Огдолифа, прорубая кожу и мышцы, так же надрубая часть костевого доспеха, и даже слегка задевая органы, но рана была не смертельна. Вместе с этим, когда меч уже почти закончил движение, Анахель остановился, Огдолиф использовал волю повторно, и теперь правая рука «Опустошителя», была наполовину отрублена под кистью. Часть кости надрублена, из вырубленной части вытекает черная вязкая жидкость, она смешивалась с насыщенной кровью, рука утратила всякую силу, и свисала безвольным куском кисти.
Даже в легкой панике и ярости, Огдолиф контролировал силы, и не хотел отрубать руку Анахелю.
Глаза Анахеля были тусклыми, фокуса в них не было, и они походили на потухшие угли. Всё тело Анахеля было изранено, и он застыл, после своей последней атаки, его тело припало на колени, даже дыхания не вырывалось с груди. Чуть меньше минуты Анахель сидел в такой мертвой позе, опираясь на вторую руку.
Все зрители подумали, что он умер, даже Огдолиф подумал, что где-то недосмотрел за своими ударами. Но тут, наступила вторая минута, и сердце Анахеля ударило, с гулом, словно удар в барабан войны его сердце качнуло кровь, и дало Анахелю дополнительное исступление, что бы подняться.
Подняться! Не обращая внимания на полу отрубленную руку, или на клинки которые он обронил, так же, не заботясь о теле, которое было покрыто кровью с ног до головы, он поднялся.
Поднялся на ноги, встал, расправив плечи, взглянул на Огдолифа, и в глазах его была твердость, и жестокость. В его глазах можно было прочитать фразу, которая так и не сорвалась с уст. – «Не недооценивай противника!». Вместо фразы, он лишь фыркнул, развернулся с арены, и ушел в комнату ожиданий, попутно закидывая в рот пилюлю.
Анахель чувствовал, свой предел в плане выносливости. Он мог жить очень долго! Если внутренние органы в порядке, или его тело состоит из одной части, то всё в порядке. Насколько живучим он будет после закалки внутренних органов? А насколько выносливы и сильны воины, которые закончили второй этап закалки тела? Ещё множество вопросов крутилось в голове Анахеля, но ответить на них мог только один человек – Ярин.
Но такие вопросы задавать главе отряда Анахель не собирался.
Ещё один вопрос оставался нерешенным, Анахель так и не понял конечного предела его силы. Огдолиф победил только благодаря воле, если бы не она, Анахель мог бы сражаться. Анахель чувствовал, что не показал всё на что способен, ему нужен противник, который сильней него, на сферу или даже две, без воли и прочего. В такой битве Анахель мог действительно узнать, насколько он силен.
«А какая культивация у Ярина? Может организовать спарринг с ним?» – У Анахеля в голове роились смелые мысли. Но сейчас самое главное восстановиться. Раны нужно залечить, иначе он действительно умрет, всё-таки на теле Анахеля множество ран в которые запросто может попасть инфекция!
Глава 75
Анахель восстанавливался в комнате ожидания, раны его были серьезные и глубокие, после битвы, когда боевая ярость прошла, на смену ей пришла боль. Каждая рана обжигала тело, причиняя боль, а кровь, которая занималась восстановлением ран, заставляла эти раны чесаться. Два ощущения смешались, заставляя тело страдать от боли и зуда. Анахель лишь шипел, сжимал зубы и кулаки, стараясь не усугублять раны своими необдуманными действиями.