Продолжив охоту, они вскоре вошли в самую глушь леса. Рогатый медведь был опасным чудищем, от развития инь в телах обычных животным могут образоваться мутации, рогатый медведь один из таких. Так же можно встретить животного с развитыми инь и ян, такой зверь уже сам по себе опасен, а если подобные особи развиваются в течении годов, тогда может возникнуть существенная угроза. Но такие звери так же обретают разум, потому существует вероятность договориться.
Некоторое время назад отец Анахеля, наткнулся на это чудовище случайным образом, в связи со скорым праздником Анахеля, он решил объединить два события в одно, к тому же зверь довольно молод, и судя по всему недавно начал накапливать инь, он должен быть не очень опасен. Старому охотнику тоже приходилось убивать подобным зверей, потому опыт у него имелся.
Следуя по следам, передвигаясь почти без шума, не задевая веток или листьев, заходя по ветру, вскоре они наткнулись на того кого искали.
Чудище было в два раза больше обычного медведя, шерсть красная, словно кровь, на голове четыре изогнутых рога, когти на лапах отблескивали остротой, он лежал внизу склона, а во рту игрался с костями оленя. Выглядел зверь, даже играясь свирепо и опасно. Оба охотника невольно побледнели, но даже намека на отступления не было.
Анахель прицелился, мягко вдохнул, всё его тело налилось силой, он оттянул тетиву настолько сильно, насколько она того позволяла. Он наметил точки, по которым будет стрелять, и отпустил пальцы, после чего с невероятной скоростью выпустил ещё две стрелы, а затем ещё одну с задержкой.
Одна стрела попала медведю в брюхо, она оставила лишь точку пореза, без возможности пробиться дальше, и отскочила, вторая полетела в плечевой сустав медведя, на стыке костей, она прорвалась чуть дальше, но опять ничего серьезного, третья опустилась в глаз медведя, когда тот оторвался, от предыдущей забавы и повернул морду. Стрела вонзилась и лишила медведя одного глаза, но Анахель не понял смог он повредить мозг или нет. Последняя стрела, которая вылетела с задержкой, залетела в пасть медведю, когда тот издал рёв на посягателей его жизни, стрела пробила глотку и вышла с другой стороны. После такого оскорбления зверь взревел ещё сильней, и помчался к обидчику. Закрыв пасть, он перекусил стрелу, и начал подниматься по склону.
Анахель издал удивленный возглас, обычный медведь вряд ли бы устоял от такого шквала стрел.
- Тебе придётся постараться, чтобы повалить этого здоровяка.- Отозвался отец, когда залез на высокое дерево одним прыжком.
Анахель уже и сам догадался, но услышав поддержку в голосе отца, он почувствовал себя сильней.
Он выпустил ещё две стрелы, одна попала по передней ноге, вторая, проскользнула мимо второй передней, когда та переставлялась во время бега попадая в заднюю лапу. Первая врезалась прямо меж когтей зверя, медведь даже не заметил рану, вторая попала чуть выше, стрелку повезло, лапа как раз подымалась для шага, но была подбита стрелой, рану стрела хоть и не нанесла, но медведь сбился с ритма. Он завалился мордой вперед слегка бороздя головой землю. Стрела, попавшая в упавшего медведя, попала тому в нос, зверь выдал рёв, переходящий в скул боли, он лапой сбил стрелу, и из носа потекла кровь, зверь разозлился ещё сильней, он поднялся и помчался на всей скорости. Анахель натянул стрелу, но не выпускал, само его тело стало похоже на натянутый лук, он начал слегка отступать, видя, что медведь стремительно сокращает дистанцию. Когда зверь подобрался то махнул лапой, Анахель успел отпрыгнуть, но на деревьях, по которым лапа даже не попала, получили по пять глубоких порезов, после чего завалились, у Анахеля глаза расширились от шока, если бы он был чуть медленнее, его постигла та же участь что и деревья. После взмаха, Анахель наконец, выпустил стрелу, она попала в другой глаз зверя, тот взревел и уже на слух ринулся к добыче, но та словно испарилась. Охотник тем временем прыгнул к зверю, по телу циркулировала инь, все его тело было оружием, и он в прыжке ударил, ногой он ударил по стреле, и та впилась дальше в мозг медведя. Анахель толкнув стрелу чуть ли не до конца, от неё же оттолкнулся, отлетев назад. Зверь забился в агонии, он был на последнем издыхании, и Анахель чувствовал это, потому стал отступать. Зверь в своем буйстве начал резать всё что под лапу попадётся, участок земли после его ярости стал выглядеть как после урагана, или иного стихийного бедствия, но не прошло много времени, как напор зверя ослаб, тот уже не рубил с такой силой, и наконец, завалился набок, испустив свой последний вздох.