Но тут, его второй брат, который был ещё жив, без ноги, истекающий кровью, но живой, и даже соображающий, хоть и со временем всё слабее, он видел критическую ситуацию своего первого брата, потому натянул лук, и выстрелил, желая помочь. Стрела пролетела в воздухе, второй был слишком слаб, чтобы попасть Анахелю в висок или глотку, но ещё не так плох, чтобы промахнутся.
Стрела впилась в свободно свисающую руку, она пригвоздила руку к телу, наталкиваясь на ребра, но, не пробиваясь дальше. Это покачнуло тело Анахеля, и дало ему импульс, который слегка ослабил хватку первого, большего Анахелю и не нужно было. Как у голодавшего целый год хищника его пасть смокнулась, но не попала даже близко в глотку, приближающаяся пасть Анахеля заставила первого покачнуться назад, что позволило мечу прорезать путь вниз, распарывая его брюхо вдоль немного сильнее.
Вспышка боли помутнила взор первого, и в следующий миг, он уже ощутил на своем горле - пасть, которая сомкнулась, и отодрала его глотку. Кровь полилась, и это резко ослабило хватку рук первого, потому меч прорезал дальше, он распорол брюхо ровно вдоль, от солнечного сплетения, до таза, но не прошел дальше, потому как таз чересчур прочный. Но этого хватило, Анахель проглотил горло врага, и его рот был окрашен кровью, Анахель мало соображал, но плоть его врага дала ему каплю сил. И вот, когда опасность миновала, раны навалились на него, сбивая с ног как тайфун.
Анахель упал, судорожно глотая воздух, меч выпал из рук, руки онемели, мир отдалялся.
«Это плохо» – пронеслась мысль в ускользающем от Анахеля сознании. Он что-то вспомнил, и его мысль помчалась в кольцо, из него вывалилось всё, Анахель мог послать лишь мысль, но концентрироваться сил у него не было.
Перед его размытым взором предстали вещи, доспехи, лук, стрелы. Несколько мазей, еда, палатка, и наконец, он увидел, жидкость янтарного цвета в бутылке, которая была разбита. Вещи неудачно выпали, на бутылку упала часть доспеха, и жидкость сейчас выливалась на пол. Плевать Анахелю было, куда она сейчас выливалась, его глаза зацепились за то, что он искал, и он начал пить жидкость. Руки не слушались, потому он припал к земле и начал слизывать всё до чего мог дотянуться. Меньше половины в итоге оказалось проглочено, вместе с землей и разной гадостью, которая может обитать в земле, вроде червей, насекомых или перегноя. Невероятное количество бактерий и паразитов попало внутрь Анахеля, но это его не волновало, по крайне мере сейчас.
Жидкость была приводящим в чувство снадобьем, которое он получил напоследок от Ярина. Его сознание насильно вернулось в умирающее тело. Он сел в позу лотоса, и начал восстанавливаться.
Глава 30
Он не знал, сколько времени прошло, но когда открыл глаза, стояла ночь, он очнулся не потому что, восстановился достаточно, а из-за плохого предчувствия.
Перед его взором только он открыл глаза, появились целый рой мух, они жужжали, не давая покоя, звук был насыщенным, мух было много. Они были мясные и большие, он кружили над телами двух братьев, но сидели и на Анахеле, пытаясь пробиться через его нос, или рот. Анахель резко выдохнул через нос, выдавив из себя мясную муху, и вскочил, он неприятного чувства, которое щекотало нос. И так же от того, что он чувствовал, как внутри него что-то двигается, от невиданного доселе отвращения, его вырвало, но перед этим всё его тело наказало его за чересчур резкий подъем, при его - то травмах, его согнуло напополам, изо-рта вырвался поток переваренной пищи. Изо рта вылетело несколько мух, а в том, что он вырвал, так же были кусочки органов, но помимо них, были личинки, как маленькие, так и больше, самая большая была с его большой палец, внутри больших личинок копошились личинки поменьше. Они все были белыми и извивающимися, но смешивались с кровью, которая так же вышла изо рта.
Открывшееся зрелище вновь опустошило его желудок, теперь он рвал желчью, там так же были личинки, и он решил опорожнять содержимое желудка пока не выйдет всё.
Когда он уже не мог выдавить из себя рвоту, он перевел взгляд, вокруг него был сплошной лес, он не думал, что уйдет так далеко, сражаясь с двумя братьями. Но итог уже был, к тому же он не знал, сколько прошло времени, потому забыл о том, чтобы успеть выйти к каравану. Они уже двинулись дальше, если конечно кто-то остался в живых.
Думать о том, почему на караван напали, у Анахеля не было сил. Взгляд не останавливался, он видел так же ворон, которые кружили уже над почти обглоданными костями, и дрались между собой за кусочек мяса, рядом ползали жуки-могильщики, и прочие мелкие твари.
И вот, он услышал то, из-за чего проснулся от медитации. Злобное рычание было направлено на живое, и полное мяса тело. Перед ним стояли три волка, «Ну хоть не целая стая» – в благодарность подумал Анахель. Каждый из них выглядел побито, грязный мех, на телах гнойные незаживающие раны, морда у одного повернута вбок, возможно от сильного удара по носу. Каждый из них выглядел переносчиком болезней, вокруг них витали мухи, но волки продолжали рычать, изо рта текла желтого цвета слюна. И они рванулись на Анахеля. Жуткий, отвратительный запах принесли они с собой. Но это, смущало Анахеля в последнюю очередь.