— В любом случае, это не наши заботы, слышал последние новости?
-Ты о том, что сюда приедут ещё студенты из школы «золотой сабли»? — спросил Анахель, такие новости уже стали известны в рядах «опустошителей», но может это уже и не самые свежие новости, к тому же их достоверность сомнительна.
— Да, но помимо этого, с новой группой, сюда прибудет сам преподобный «Золотая сабля». — Сказал Чино почти шепотом, на что Анахель крайне удивился.
— Ты не шутишь? Что ему здесь делать? — с сомнением спросил Анахель, но потом вспомнил слова Ярина, о том, что студенты школы что-то искали в городе «Рассвет». Логично, что поиски они не прекратили, попав на границу, а если сюда приезжает сам основатель школы, значит, что-то они нашли, и «Золотая сабля», прибудет чтобы это нечто забрать. Анахель задумался, ему стало интересно, как на это отреагирует Ярин, и что он прикажет делать «Опустошителям»? — Хотя, будет интересно посмотреть на основателя знаменитой школы поближе.
— Тут ты прав, как думаешь, кто сильней он или Ярин?
— Понятия не имею, но на их драку я бы не рискнул смотреть, порыв ветра от взмаха меча таких монстров может сдуть меня в пыль, как впрочем, и тебя. — Сказал Анахель и перевел взгляд на товарища, даже под шлемом, он мог сказать, что Чино улыбается.
— А я вот думаю что «Золотая сабля» сильнее, при всем уважении к главе, но я думаю что он, так же силен, как и два старика которые сопровождают учеников школы.
— Вместе взятые? — Спросил с улыбкой Анахель. Если бы Ярин был силен настолько, что мог бы сразиться против двух наставников школы сразу, тогда «опустошители» имели бы больший авторитет, но это очевидно не так. При стычке Ярина и Ирзала возле входа в канализацию было видно, что Ирзал не боится Ярина, как впрочем, и глава отряда не боится сопровождающего. Потому Ярин не может быть так же силен, как «Золотая сабля». Потому вывод его товарища довольно логичен, если он руководствуется теми же суждениями что и Анахель, а не просто предполагает.
— Нет, конечно, по отдельности, но мы не видели настоящих сил этих монстров, кто знает, какие козыри есть в рукаве у каждого. — После этого оскал под шлемом Чино стал ещё заметнее.
— Кажется, тебя чересчур сильно интересуют силы этих стариков. С чего бы это? — спросил Анахель
— Да так, просто люблю порассуждать о высотах, которые сам никогда не смогу достичь. — Закончил он мысль со вздохом, от нахлынувшей грусти теперь и Анахель вздохнул.
— Всё не так безнадежно, если усердно культивировать тело, можно сравниться с этими мастерами совершенных тел. — Сказал Анахель, вспоминая, как он и сам сражался против таких мастеров, хоть и можно было сказать, что оба мастера были слабы.
Его товарищ посмотрел на Анахеля как на дурачка. — Ты, может быть, не знал, но первый этап закалки тела это предел для таких простаков как мы. Культивировать тело, и даже полностью завершить первый этап может и простой крестьянин, а вот дальше, нам путь заказан. Второй этап закалки тела открывается только с техникой культивации. Закалка кожи, мышц, костей, крови и внутренних органов — это предел мечтаний для нас, бедных, безродных людей.
Анахель почесал щеку шлема, об этом он не знал, потому его энтузиазм слегка погас, но вспыхнул с новой силой вновь.
— В любом случае, даже с нашим пределом мы можем дать отпор некоторым мастерам. — Сказал Анахель, и его лицо стало холодным, сам того не замечая он перенимал повадки Ярина.
— И здесь ты чертовски прав. Даже я, по всем меркам мусор, когда был на стадии закалки крови, убил двух идиотов, которые переоценили свои возможности, хотя они были на стадии заложения основ, что не прибавляет мне доблести, но всё же, они, как и я тогда были на стадии закалки крови. — После сказанного он хлопнул ладонью по плечу Анахеля, и сказал. — Ты правильно мыслишь салага, не впадай в уныние из-за всяких глупостей, а теперь пошли, для нас наконец-то есть работа.
И он был прав, возле котелка с похлебкой назревал конфликт, двое мужчин столкнулись, хватая друг друга за грудки. Подойдя поближе «опустошители» услышали разговор.
— Я ещё не получил ни одной порции добавки, с чего бы это я должен отдавать её тебе?!
— У меня дети, а ты жрешь всё в одну харю, может, поэтому ты должен отдать эту порцию мне?
Женщины рядом пытались разнять дерущихся, но куда им было до двух разъяренных и голодных мужчин. Осталась последняя порция еды, и двое мужчин не могли решиться, кому она должна достаться.