Мужчина с саблей хищно ухмыльнулся, первое кардинальное изменение, появившееся на его лице за всё время битвы. Его плечи ключицу и спину покрывали схожие ожоги, которые появились у Анахеля. Обе атаки вышли равными, и даже место повреждения у двоих воинов было одинаковое.
Такие легкие раны не могли повлиять на боевые способности бойцов, потому они схлестнулись в граде выпадов и контрударов вновь.
Анахель после очередного обмена ударами, рванул вперёд, его меч начал колющее движение, направленное прямо в лоб противника. В голове мужчины мелькнула мысль, он отведёт меч в сторону, а обратным движением вскроет брюхо Анахелю.
Так он и решил поступить, виртуозным движением он прокрутил саблю на кончиках пальцев, и обухом клинка отвел меч в сторону, его кисть изогнулась, и уже начала движение по низкой дуге, глаза фехтовальщика заметили росчерк, словно вспышка молнии пронеслась под глазами, и лицо мужчины с саблей резко утратило часть тепла. Со стороны можно было увидеть, что его лицо побледнело, а на шее, словно занавес в театре, медленно, но на самом деле крайне стремительно раскрылась рана.
Ножом, Анахель распорол мужчине горло, рана была глубокой и протяжной. Из раны хлынула кровь, насыщенная, ярко багровая, закаленная кровь выливалась, словно водопад из горла мужчины. Тому пришлось упасть на колени, и закрыть рану ладонью. Даже на таком высоком уровне закалки тела, резкая потеря крови заставит ослабнуть любого воина.
Хоть воин напротив Анахеля и был с завершенным первым этапом закалки тела, и умереть от потери крови было практически невозможно, но резкая потеря крови, подкосила его ноги, и заставила закружиться голову, к такому он явно был не готов, если бы кровь вытекала постепенно, такого эффекта не произошло бы.
Это послужит ему хорошим уроком, будь это настоящая битва, этот момент слабости стал бы для него последней ошибкой в жизни. Воин поднялся, его кожа и мышцы стянули края раны, а кровь уже свернулась, и прекратила кровоточить из уже почти закрытой раны. Когда воин поднялся, не его шее был виден шрам, который уже стянулся в тонкую линию.
Мужчина поклонился, и сказал своим слегка хриплым и осипшим голосом.
-Спасибо за опыт!
Анахель кивнул, он и сам был рад сразиться с таким сильным противником, и эта битва, наконец, поставила точку в выборе стиля боя. Длинный меч и нож, чем больше Анахель так сражался, тем больше этот стиль ему нравился, теперь остается лишь оттачивать навыки владения этим оружием.
Анахель улыбнулся и спрятал клинки. Он прошел в комнату ожиданий, за пять дней он полностью восстановился, и теперь, пред ним был последний бой этого турнира. Финал!
Анахель шел по коридору, впереди виднелся свет, ослепительный, впереди ничего не было видно, войдя в арку в конце коридора, ему пришлось прикрыть глаза на секунду, из-за ударившего света. Когда зрение вернулось, и он увидел своего противника, губы растянулись в предвкушающей, хищной ухмылке.
Лицо с изящными чертами, длинные синие волосы, и взгляд полный надменности и гордости. Огдолиф! Брат Фелиции.
Анахель до сих пор вспоминал как он, одним ударом, быстрым словно вспышка, рассек Хенграча по диагонали, от таза до ключицы, что было явным унижением, как Хенграча, так и «опустошителей». Анахель не думал отомстить, или так же опозорить Огдолифа, но драться против него Анахель будет с удвоенной яростью.
Бойцов не объявляли, вся арена был в их распоряжении, все зрители наблюдают только за ними в предвкушении зрелищной битвы. Большинство из зрителей — воины, которые желают подчеркнуть для себя важные аспекты которые будут в битве. Так же среди зрителей присутствуют несколько старых монстров, которые непонятно зачем наблюдают за сражением юнцов.
Перед Анахелем был только Огдолиф, последний не знал, кто перед ним стоит, потому не относился серьезно к предстоящей битве. Огдолиф пришел сюда в надежде сразиться по настоящему, схлестнуться с кем то, кто сможет составить ему конкуренцию, или продержаться дольше одного удара. Но его ожидало только разочарование, и по поводу финала, больших надежд он не испытывал.