Но, к сожалению, Анахель не мог распорядиться своим временем непродуктивно. Он слегка вздохнул, и хоть не до конца понимал смысл предложения девушки, он постарался отказать ей как можно мягче.
Он уже хотел было объяснить, почему не сможет согласиться на экскурсию, как тут, его грудь запекло. Сначала в центре груди кольнуло холодом, а потом, зажгло так, словно ему на грудь положили раскаленное железо.
Анахель чуть не вскрикнул, больше от неожиданности, чем от боли. У него даже не было времени попрощаться или даже банально сказать что-то Кате. Он рванул в свою комнату, исчезнув с глаз Кати так быстро, что девушка подумала, что Анахеля здесь и не было, но затем она услышала звон сигнального колокола, и лицо её побледнело, как и у всех обычных жителей столицы. Каждый знал, что предвещает этот звон.
Глава 77
Анахель направлялся сначала в свою комнату, он хотел надеть доспех и затем двинуться к стене, но понял, что добираться до стены и так будет слишком долго, потому начал вынимать части доспеха из колец и одеваться на ходу. Выглядело это неуклюже и происходило это медленно, но в итоге, уже одетый в доспех он спустился на первый этаж.
Анахель мчался к стене как можно быстрей, по пути встречая и других бойцов, которые так же на всех порах спешили к стене. Разрозненные бойцы, которые были разбросаны в разных частях столицы, спешили к краю города.
Многие сетовали, мол, почему их всех не поселили в казармы, но они и так были забиты до отказа. Оставалось только выкручиваться, расселяя каждого по отдельности, что так же было затруднительно и хлопотно.
Единственные кому не нужно было бежать к стене столицы, были солдаты армии, они патрулировали город, так же неся стражу на стенах. Именно они первыми заметили тревогу и своевременно оповестили об этом всех жителей столицы. В данный момент солдаты стояли, с мрачным видом взирая на темный прилив морских тварей. Морских тварей было много, они приближались вперёд, как покров тени, который медленно поглощает земли в своем неисчислимом потоке. Среди целого тумана черных фигур, которые сливались в единую волну черной неразберихи, вдалеке мелькали огромные, даже с расстояния, исполинских размеров тени, они словно движущиеся холмы или горы приближались, выделяясь среди целого моря муравьев.
Солдаты стояли в боевой готовности, некоторые из них с моноклем на глазу, на стекле которого светились руны, записывали что-то в книги. Большинство из солдат стояли за орудиями, которые стояли по периметру стены плотным строем. Орудия напоминали «Извергающего пламя» со стены границы, но экземпляры на стене были меньших размеров, и были более продвинуты в плане технологии.
Столица, была городом, окруженным тремя стенами. Первая самая низкая, на лицевой части стены сияли ромбовидные алые кристаллы, на стенах были статуи горгулий и орудия, по центру были решетчатые ворота. На стене пока никто не стоял, но туда уже перебрасывались солдаты, а перед стеной, должны будут стоять элитные отряды.
Вторая стена, выше первой, на ней располагались боевые орудия и большая часть обслуживающего персонала, солдат тут почти не было. Эта стена будет той, которая должна забрать большую часть жизней морского народа.
Третья стена, которая служит последней линией обороны перед городом. По высоте она не намного выше второй стены, но по периметру третей стоят сторожевые башни, на вершине которых стоят мощные орудия, и венчают эти башни колокола.
Солдаты копошились как муравьи или пчелы, роясь и перебрасываясь к первой стене, проверяя по нескольку раз исправность орудия. Каждый нервничал и боялся совершить ошибку, но руки ни у кого не тряслись, здесь собрались опытные воины, не в первый раз вступающие в конфликт. Старые вояки ходили проверяя работу молодняка, и указывая ни их ошибки своим старческим, чересчур спокойным для данной обстановки голосом.
Первая стена была занята, перед ней уже выстроились элитные войска, которые пред тем как оказаться за стеной выстраивались и собирались.
Пять человек оставшихся от «Опустошителей» стояли спокойно, и сосредоточенно, каждый был в мрачном настроении и скверном расположении духа. Пирус и Рукардис надеялись, что глава отряда будет рядом с ними, но он стоит на первой стене. Остальные из отряда понимали роль главы отряда, хотя так же не могли скрыть свое негодование.