Двое уже хотели вновь ринуться в атаку, но послышался голос из кареты.
— Теперь меч для меня бесполезен, кровь уже испортила сталь, можно уходить отсюда. — Послышался равнодушный голос толстяка, которому казалось не было дела до того что его личный охранник только что чуть не погиб.
— Чёрта с два, я убью этого ублюдка! — красивым голосом прошипела совсем не красивые слова эльфийка.
— Лиза, мы уходим. — Холодным, угрожающим тоном сказал толстый торговец. От его слов, шея Лизы засияла тусклым светом, и та схватилась за голову в приступе острой боли.
Со стороны послышалось фырканье, а после и холодный голос раздался со стороны
— Так ты всего лишь жалкая рабыня, а я думал твоя голова ценнее. — Вырвалось из уст Анахеля, хотя он никогда в жизни бы не сказал такие язвительные слова, ко всему прочему, добавив издевательский тон.
После услышанного, эльфийка ещё раз злобно посмотрела на Анахеля, прожигая его взглядом полным ненависти, желая убить его так сильно, что её зубы скрежетали, почти выскакивая с дёсен. Но она встретила лишь полный презрения взгляд со стороны «Опустошителя». Огонь жестокости всё ещё разжигал его чувства, он и сам хотел продолжить битву, но если он сделает хоть шаг, то упадет замертво, сейчас, он напряг всю кожу и мышцы, останавливая кровотечение, и поддерживая тело в устойчивом состоянии.
Эльфийка, обернулась порывом ветра, толстяк даже не потрудился забрать рыцарей на полу, потому они просто остались лежать на полу, а кони давно убежали.
После чего карета двинулась дальше, кони с медными обручами на своих шеях, никуда не могли убежать, потому стояли бы неподвижно, даже если бы их жизни были бы под угрозой.
Дождавшись пока карета скроется из виду, Анахель убрал преобразователь с первого кольца, и поместил на третье. Шкатулка оказалась в его руках, он достал оттуда пилюлю, и проглотил её, всё было проделано за мгновение. Быстро сев в позу лотоса он начал восстанавливаться. Через некоторое время он полностью восстановился. Но от некоторых шрамов это его не уберегло, все они были в основном на предплечьях, и дальше на руках, из-за того что о них не позаботились сразу, Анахеля шрамы только радовали. Любые шрамы можно было убрать, как и почти любой дефект тела, благодаря современной медицине. Но Анахель не собирался этого делать.
Успокоившись, его лицо покраснело, то ли от гнева, то ли от смущения, в голове крутилась фраза, которую он сказал напоследок. «Нужно контролировать, что я говорю, я и не знал, что под яростью я так сильно себя не контролирую. Хорошо хоть я не алкоголик, а то давно бы в тюрьме сидел» — Анахель порассуждал ещё немного и двинулся дальше в путь.
В этой битве Анахель выжил только потому, что раны были «поверхностные», лезвия ветра ранили кожу, мышцы и немного поцарапали кости, но органы остались в целости, основной проблемой была кровопотеря, но тут Анахель не мог ничего сделать.
Битва показала Анахелю, что он может драться против тех, кто обладает совершенным телом, но убить их, возможностей было мало. Он не знал, какая культивация у эльфийки, и видел, что она почти всю битву не использовала все силы, которые могла бы. К тому же она была неопытной, будь это иначе, Анахель лишился бы головы ещё до начала битвы.
Но если бы драка продолжилась, исход мог быть непредсказуем, всё решило бы то, успел бы Анахель вынуть и принять пилюлю, или нет.
Всю дорогу до города он прокручивал битву у себя в голове, думая о том, что он мог сделать иначе, или какие ошибки он совершил. Помимо этого он беззвучно мечтал об открытии каналов ян, но не расстраивался из-за мысли, что он мог остаться калекой на всю жизнь. У него есть каналы инь, потому называть его калекой не совсем правильно, к тому же сражаться и убивать тех, кто сильней него и, находясь в заведомо проигрышной ситуации, казалось Анахелю намного веселее.
С развитием мышц, он мог бежать всё дольше, и усталость приходила всё позже. Потому он ускорил спринт, так всё вернулось на круги своя.
Пробежав ещё месяц, заметно реже прерываясь на остановки, он закалял мышцы с ненормальной скоростью. Если всё так продолжится, то он окажется на пике закалки мышц, когда доберётся до города.
На самом деле, по дороге не может встретиться никаких опасностей, обычные звери которые зачастую ходят по опушке леса, не смогут даже повредить доспех «Опустошителя», а те, кто обладает инь или ян, а то и всем вместе, обитают в глуши леса. Разбойники или грабители, обычно держатся бандами, и устраивают набеги, на караваны и деревни, те, кто ловят бродячих прохожих на дороге — редкость, к тому же они зачастую слабы, и раньше были мальчиками на побегушках у большой банды, и отделились, желая стать независимыми. Но получают голодную смерть или заканчивают на клыках хищного зверя, или умирают от болезней, или чего похуже.