Изнутри дом оказался почти совсем пуст. В центре горел костёр, вокруг были навалены кучи свежей соломы – и всё. Шестеро тавров, с которыми я познакомилась в степи, поджав ноги разлеглись на соломе. Точно как кони…
Тем временем вошли Тотчигин и ещё трое. В доме стало очень тесно, нам с Тошибой едва хватило места у стены. Остро пахло конским потом и другими запахами конюшни.
– Тэн-талдыз оёнон… – начал речь Тотчигин. Говорил он несколько минут, изредка прерываясь и слушая вопросы гостей. Те, похоже, были всем довольны и получали от «пира» огромное удовольствие – я заметила, что то один, то другой тавр с аппетитом хрумкают пучками соломы. Наконец, закончив приветствие, Тотичгин обратил внимание и на нас.
– Прошу прощения за негостеприимность, уважаемая Хаятэ… – он смутился.
– Мне следовало помнить, что вы не вегетарианка…
– Кто?!
– Разве вы не питаетесь мясом? – удивился тавр.
– Конечно, питаюсь, – решительно заметила я.
– В том-то и дело… – он вздохнул. – Наша община придерживается строгих правил относительно пищи, а ваше появление явилось полной неожиданностью… Боюсь, во всём посёлке не найдётся ничего вам по вкусу. Я обречённо пожала крыльями.
– Ничего, я совсем не голодна.
– Мне бы хотелось загладить оплошность, – продолжал смущённый Тотчигин.
– Скажите, чем вам помочь? Община не слишком богата, однако мы ведём торговлю с соседними племенами и могли бы…
– О, не утруждайте себя, – прервала я поспешно. – Мне нужна лишь карта. Видите ли, я должна вернуться к побережью, а степь знаю плохо… Тотчигин почему-то смутился ещё сильнее.
– Карта? – он посмотрел на меня странным взглядом и быстро отвёл глаза.
– Хаятэ… На скольких языках вы говорите? Теперь смутилась я.
– Боюсь, лишь на родном. Тавр тяжело вздохнул.
– Понимаете… Я изучил японский, желая прочесть в оригинале хойку великого Исса. Но в этих местах, боюсь, почти никто не сумеет вас понять.
– Времени учить местные языки у меня нет. – я раскрыла порванное крыло и показала Тотчигину. – Перепонка растёт довольно быстро, уже через месяц я вновь смогу летать.
Тавр долго молчал, думая над чем-то своим. Потом встрепенулся, отвечая на вопрос одного из сородичей, указал на меня и горячо заговорил. Ответили ему резким отказом – это я сразу поняла.
Тотчигин продолжал убеждать своих. Когда он поднял пучок соломы и заговорил с горечью в голосе, я окончательно смутилась. Похоже, полукони тяжко воспринимали случайное негостеприимство.
– Тотчигин… – он повернул голову – …не надо переживать, пожалуйста. Я совсем не голодна и скоро продолжу путь на восток, вы и так оказали мне замечательный приём!
– За все полтора оборота, мы впервые не смогли встретить гостя подобающе, – невесело ответил тавр. – Это тем более непростительно, потому что вы ранены, нуждаетесь в помощи – но стесняетесь её просить. Сейчас я уговариваю друзей оказать вам одну услугу… Запрещенную. Но я уверен – они согласятся. Я насторожилась.
– Что за услуга?
– Обучить вас наречиям Степи и Общему языку, – Тотчигин подмигнул. – У нас есть кое-что из запрещённых вещей, хотя ими пользуются редко. Простите… – он отвернулся и продолжил спор. Я задумчиво погладила дремлющего Тошибу. Запрещённые вещи? КЕМ запрещённые?
И как могла сохраниться в этом месте подобная культура? Судя по всему, что я видела, тавры вели почти животную жизнь – как в отношениях друг с другом, так и в культурном плане. Они были самыми настоящими дикарями!
…и вели себя подобно достойнейшим людям моего острова. Напрочь не имели агрессии к чужаку, ничем не проявляли своего отношения к хищникам – а ведь травоядные полукони должны, просто обязаны ненавидеть таких, как я и Тошиба. Мы для них – природные враги! Ничего не понимаю…
– Победа! – прервал мои размышления Тотчигин. Он буквально сиял. – Идёмте, Хаятэ!
Я взяла Тошибу на руки и пошла следом за радостным тавром. Остальные проводили нас весёлыми криками и смехом; судя по всему, оргия в коническом доме только начиналась. Увидев за дверями десяток самочек, я в этом уверилась.
– А где Куросао? – чёрного коня не было видно. Тотчигин успокаивающе поднял руку.
– С ним всё в порядке. Ваш конь – также и наш гость, ему предоставили пищу и партнёра для отдыха.
Я усмехнулась, догадавшись о смысле слов тавра. Что ж, Куросао не помешает несколько сбросить агрессивность… А мы с Тошибой тем временем подошли к старому дому возле ограды. Тотчигин с улыбкой похлопал полусгнившие брёвна.
– Первый тэсэг общины. Здесь никто не живёт, мы решили превратить его в музей. Заходите.