Он проснулся, осмотрелся — в палатке никого. Оделся, вышел. С гор открывался великолепный вид. Облака висели совсем невысоко. Он разглядывал горы, ущелья и вспоминал, как был на Крите и ходил там по горам. Здесь горы более живописные, вот только здесь не погуляешь. Сразу пристрелят.
Он обратил внимание на подвешенный у домика умывальник. Подошел к нему, ополоснул лицо водой, увидел рядом лежащее мыло, на гвоздике полотенце, вымыл руки. Надо же, даже зубная паста и щетка в пакетике, новая. Какая забота, это наверняка для меня? а если и не для меня, наплевать, все равно почищу.
Он почистил зубы, отошел в лес завершить утренний туалет, а когда выходил, у умывальника стояла блондинка с распущенными густыми волосами, в джинсах, военной гимнастерке. Стройная, красивая. Вот кто говорил ночью, понял Дима. Девушка умылась и посмотрела на него:
— Здравствуйте, доктор, — кивнула она с улыбкой.
— Здравствуйте, — сказал Дима и пошел к ней. Но она вытерла лицо и тут же прошла во вторую палатку.
Снайпер, что ли, пронеслось у Димы в голове, и он вспомнил о «белых колготках». Фигура точеная, на поясе кобура. Блондинка, русская. Или украинка. Снайперша, кто же еще.
Дима вернулся в палатку, взял саквояж с инструментами и бинтами. Постучал в дверь домика.
— Входите, доктор!
Дима толкнул дверь и увидел рыжего, который сидел на ковре и беседовал о чем-то с командиром. Джамиля вынесла таз с водой — она помогала командиру умываться.
— Садитесь сюда, доктор, вам так будет удобно? — рыжий освободил место возле командира.
— Да, все хорошо. Давайте поменяем повязку.
Дима поменял повязку, померил температуру — нормальная.
— Пока все, еще поменяю два раза сегодня, — сказал он. — Как вы себя чувствуете?
— Нормально, доктор, хорошо, — сказал командир. — Садитесь, кушайте.
Джамиля накрыла на стол. Лепешки, овечий сыр, куски баранины, бараний жир.
— Этот жир намазывайте прямо на лепешки, — сказал рыжий. Кроме него, Джамили и командира, никого в домике не было, остальные, наверное, завтракают в палатке или на улице, только ему такая честь, подумал Дима. Живу тут, как на курорте. А Самвел там отдувается за меня. Но все равно другого выхода у меня нет, так что пилить себя бесполезно.
Он взял лепешку и положил на нее кусок овечьего сыра. Мясо с утра есть не хотелось.
— Чай, кофе? Правда, растворимый, — сказал рыжий.
— Чай у вас хороший. Но я все-таки кофе, — сказал Дима. Он взял банку «Нескафе», посмотрел на рыжего. — Как вас зовут?
— Артур, — ответил тот. — А вас, доктор?
— Дмитрий.
— А по отчеству?
— Дмитрий Андреевич. Но у вас, насколько я понял, отчества не приняты.
— Не приняты, да, но я буду называть вас по отчеству, если хотите.
— Нет, не нужно, зовите меня, как вам удобно.
— Хорошо, доктор Дмитрий. Я вас буду называть так.
Беседа у нас просто идиллическая, усмехнулся про себя Дима. Сколько охранников они положили? А может, никого не убили, а просто как-нибудь отвлекли? Хорошо бы, если так. Но это вряд ли.
Дима отхлебнул горячего кофе.
— Я видел у вас девушку, Артур. Она русская?
— Русская. — Артур намазал жиром лепешку.
— А что она у вас делает? — спросил Дима. Хотя он видел, что Артур не хочет о ней говорить. Но тут ему ответил командир.
— Она не в плену, доктор, не беспокойтесь, она сама к нам пришла. Давно. Работает у нас.
— Понятно, — сказал Дима и допил кофе. Значит, он был прав.
По взгляду Артура, который вопросительно посмотрел вверх, Дима понял, что кто-то заглянул в дверь.
— Доктор Дмитрий… — начал боевик, глядя на Диму.
— Я понял, выхожу, — сказал Дима.
Вышел из домика, столкнувшись с чеченцем, который входил, извинился, осмотрелся. Какая же здесь красота, какие горы. Он вспомнил Высоцкого: «Отставить разговоры, вперед и вверх, а там… Ведь это наши горы, они помогут нам». Да уж, помогут, но только не нам.
Машины на плато не было, людей, похоже, в палатке тоже. Только блондинка. Он видел ее тень сквозь брезент. Ну и что он тут будет делать три или сколько там дней? Трех ему хватит. Ничего серьезного. Врать нельзя, потом все равно найдут. Ни книг, ничего. Разве что с блондинкой познакомиться, узнать, как сюда попала. Командир сказал, сама пришла.