-Уходи, ему это не понравится,- промямлила сквозь слезы.
До чего же бледная! Им овладело отчаянное, безграничное желание вернуть в нее прежнюю лучезарность, улыбку. С каждой минутой было невыносимее смотреть на нее.
-Он сам меня попросил,- произнес Ринат голосом чуждым, незнакомым. В горле образовался ком.
-Все равно уходи,- она поднялась, все еще прикрываясь, пошатнулась и села на кровать. Ей хотелось лечь и уснуть - ведь сон ее единственное избавление от происходящего, но смазливый охранник не торопился уходить.
-Тебе нужно в больницу.
Сария рассмеялась. Хрипло, надломлено и злостно. Больница? Она даже забыла, что существует такое слово! Такое место, где помогают. И люди там ходят в белых халатах и заботятся... как же долго о ней, никто не заботился!
-Не неси чушь! Уходи! Я рада буду умереть!
-А я нет,- возразил он, и, схватив ее за плечи, поволок в ванную. Затолкав ее под душ, он вышел и попытался уровнять сбивчивое дыхание. Он догадывался, что в этой истории что-то не чисто. И конечно, что Хусейн держит ее насильно, он тоже знал. Но то, что сегодня увидел, ему не снилось даже в самых худших кошмарах.
Спустя полчаса, она вышла, закутавшись в белый халат. Ее лицо опухло, взгляд отстраненный, но заметив его, все же выдала кривую ухмылку.
-У тебя порезы по всей спине,- горячо выдал Ринат.
Сария пожала плечами.
- Бывало и похуже.
-На тебя смотреть страшно, очень прошу, оденься и выходи, я отвезу тебя в больницу и возьму Хусейна на себя.
Она ему конечно, не поверила. Это было заметно по ее угасшим глазам, по невозмутимому выражению лица, хладнокровию. И Ринат очень расстроился, но не готов был терпеть поражение.
-Тогда, хотя бы позволь обработать раны.
Когда она открыла ему дверь спальни, то была одета. В черные брюки и теплую водолазку и даже в подобном виде, она была совершенна. Беспристрастное лицо не выдавало эмоций, она села на край кровати и застыла в ожидании. С аптечкой в руках он подошел к ней, осторожно задрал водолазку и снова почувствовал отвращение к Хусейну. Не глубокие, но длинные порезы искромсали всю спину, как высеченные узоры уродовали мраморную белоснежную кожу. Дрожащими пальцами он смочил ватный диск перекисью и аккуратно провел по ране. Она не дернулась, не зашевелилась, а лишь сильнее сжала маленькие кулаки, отчего выступили тонкие вены.
-Шипит?- спросил Ринат и медленно подул, желая хоть как то, облегчить ее страдания.
-Нормально,- ответила хриплым голосом, а потом горько усмехнулась,- я уже привыкла чувствовать боль во всех ее проявлениях.
-Извини Сария, но тебе нужно в больницу. Порез под лопатками глубже остальных и все еще кровоточит, тебе нужно наложить швы.
-Он ее изуродовал, да? Мою спину? - тихий, неуверенный вопрос сорвался из ее губ необдуманно и искренни. Дрожащий голос выдавал внутренний шторм, и Ринат выдохнул с облегчением. Значит, не все еще потеряно.
-Честно? Да. Но если ты согласишься поехать со мной к врачу, он наложит, где нужно швы и пропишет тебе мазь. И если ты будешь выполнять его рекомендации, шрамов не останется.
И это подействовало В машине Сарие совсем стало плохо. То ли причина была в том, что столько дней ничего не ела или же в эмоциональном состоянии, а быть может и в побоях, сильных ударах, а возможно и все вместе. Впрочем, было не важно. Ее организм ослабел. Кружилась голова и повышалась температура, не чувствовала тела и оказавшись перед врачом, безумно обрадовалась. Какая глупость. Недавно она желала смерти, а сейчас, смотрит на хирурга с огромной надеждой и безмолвной просьбой, спасти ее. Нет, она вовсе не хотела умирать. Она страстно любила жизнь. Ей нравилось вдыхать каждую ее минуту, слушать свое сердцебиение, жмуриться от ярких лучей солнца.
-Как это произошло? - спросил сухо хирург, закончив накладывать швы.
Сария прикусила губу, чтобы слова не вырвались против воли. Нельзя. Нельзя ему выкладывать свою ситуацию, рассказывать, просить о помощи. Иначе пострадают сестры. Хусейн слишком богат, чтобы сесть в тюрьму из-за поцарапанной спины, какой-то неизвестной девки.
-Это не важно,- сказала она, натягивая водолазку.
Врач промолчал. Склонив голову, он писал рецепт и седые пряди, опустились на морщинистый лоб. Человек с большим профессиональным и жизненным опытом. Запах лекарств и белизны, насквозь въелся в его белый отглаженный халат и так напомнил Сарие отца. Господи, как же ей, его не хватало. Он бы обязательно, предпринял все меры, чтобы ее спасти. Она нуждалась в сильной мужской спине, за которой можно спрятаться. Отец выполнял эту роль долгие годы, и только сейчас, поняла, насколько важна родительская поддержка, любовь, сила. Как же она скучала!