-Я обязан сообщить в полицию,- безучастно проговорил доктор, положил перед ней рецепт,- ваша спина вся в ножевых ранах. Вы хоть понимаете, как это серьезно?
-Я попрошу вас забыть, об этом,- девушка поднялась и вытащила из сумки пятитысячную купюру. Не говоря ни слова, она положила ее на стол, развернулась и вышла, стремительно спустилась по лестнице. Если Хусейн обо всем узнает, то ситуация ухудшиться. Не может, не может она так рисковать.
Ринат стоял у внедорожника, сложив руки на груди. Его тонкий пиджак развевался от ветра. Холодно, а он в одном деловом костюме.
-Что сказал врач? - спросил торопливо, открыл ей дверь, ожидая пока Сария сядет, в прогретый салон.
-Наложил швы, что он еще может сказать.
Он ее раздражал. Своей заботой, участием, лицемерием. Как он может, в здравом уме прислуживать Хусейну? Да и ухаживает наверняка, не ради нее, а ради хозяина.
-Ты выглядишь очень бледной.
Девушка промолчала, отвернулась к окну, наконец, машина тронулась с места, ей не терпелось оказаться в постели и уснуть. Забыться от нескончаемого кошмара.
-Послушай, я понимаю, ты, наверное, меня ненавидишь. Но я честно не знал, что так мучает тебя. Если ты хочешь, я могу помочь тебе бежать.
Сария рассмеялась. Какой же он глупый! Или это проверка Хусейна?
-Я не хочу бежать.
-Почему? – показалось, он изумлен.
Она не стала ему отвечать. Какая ему разница? Почему он так интересуется? Нет, нельзя ему доверять!
Внезапно, джип остановился у небольшого кафе. На затемненных стеклах мигали гирлянды, изредка кто-то выходил, раскрывая дверь, соблазнительно заманивал прохожих ароматом свежеиспеченной выпечки.
-Я понимаю, ты злишься. Но позволишь мне угостить тебя? Ты очень слаба и мне кажется в особняке, ты пренебрегаешь едой.
Сарие захотелось заартачиться, но потом ощутила невероятную потребность прожить день вне тюрьмы. Снова почувствовать жизнь. Радоваться обычным мелочам, как кофе и цыплятам прожаренных на углях. Как же все неправдоподобно и неестественно! Неужели ее жизнь, когда то, была беззаботной?
-Хорошо. А после обеда, я хочу сходить в кино, сто лет ничего не смотрела! - неожиданно веселым тоном предложила она, заблестев удивительно голубыми глазами.
Глава 35
В этой жизни он освоил два правила; первое - никогда не сдаваться, второе - не возвращаться в прошлое, идти только вперед, отпускать предателей. Но сегодня, он пошел наперекор своим же устоям.
Айна опаздывала. Официанты спешно разносили заказы, порой косо посматривали на него. Бариста улыбаясь, разливал напитки и только Алим, как идиот, на всех таращился, одиноко расположившись за столиком у окна. Он уже выпил вторую чашку невкусного кофе. Провел рукой по волосам, прокрутил в руках чайную ложку, изучил со всех сторон, еще раз проверил время, мысленно выругался и вышел.
Отвратительная погода, под стать его настроению. Ругая себя, за свою глупость, он дошел до машины, собрался открыть дверь, и взгляд случайно зацепился за знакомую фигуру.
Девушка была все той же. Милой, с нежными чертами лица, с воодушевляющей улыбкой. Красивая и неожиданно чужая. И хотя, сегодня она была в белом, ангела в этот раз ему не напоминала.
-Привет. Прости, я опоздала,- девушка потупилась и сняла шапку. Между ними возникло молчание, которое обычно возникает у малознакомых людей.
-Привет,- Алим почувствовал, что нужно предложить вернуться обратно в кафе, но язык его упрямо не слушал.
-Я скучала.
Он промолчал, сдвинул хмуро брови и засунул неуклюжие руки в карманы брюк. Айна была обескуражена веющим от него холодом.
-Почему ты молчишь? Давай зайдем в кафе, я продрогла. И поговорим.
-Я думаю, из этого не выйдет ничего хорошего. Я женился, а ты в прошлый раз ясно высказала свое мнение. Зачем попросту мусолить одну и ту же тему?
-Ты говорил, что это фиктивный брак.
-Так и есть.
-Тогда мы можем вернуть наши отношения.
-Для чего Айна? Ты даже не спросила, удалось ли мне забрать сестренку или нет. Ни разу не навестила ее. Что значит для тебя отношения? Свидания, подарки и романтика? А как же помощь в трудную минуту? Поддержка?
Айна сделала несколько шагов вперед, но поднятая рука парня заставила ее остановиться. Как бы ни было горько для него признавать, девушку, что так потерянно стояла перед ним, он видел в последний раз. Это его безмолвное решение, факт, который он принял без радости, но и без особой грусти. Возможно, когда то она, значила для него многое, но сейчас, осознал, что девушке рано заводить отношения. В некоторой степени, в ней присутствовал эгоизм, который она не замечала. Эгоизм детский, бескорыстный, но вполне осязаемый. Рано или поздно их пути все равно разошлись бы. А значит, и грустить было не о чем.