Тьма покосилась на открытую дверь в бездну и осторожно спросила:
«А тогда у эшафота ты думала, что это он говорит с тобой?»
― Нет, я знала, с кем говорю, но мне казалось, что если останешься ты, то и он останется где-то рядом, ― я откинулась на подушки и уставилась в потолок. ― И сейчас ты останешься здесь, только потому, что ни одно живое существо не заслуживает такой участи, как Лир. Но если еще раз позволишь себе вмешаться без моего ведома, то я твои щупальца привяжу к прутьям, а тельце выкину в Бездну, будешь сидеть одна, но под присмотром.
Тьма облегченно вздохнула и принялась отцеплять щупальца от прутьев, в минуту волнения, она умудрилась завязать их каким-то непредставимым узлом.
«То есть по поводу сидхе мне можно не волноваться?» ― деловито пыхтя, уточнил темный шар.
― Да, фейри не такой уж ценный приз, чтобы расплачиваться за него угрызениями совести.
Я покосилась на спящего у двери Шена, хорошо, что он не мог слышать наш разговор, иначе без неприятностей не обошлось бы.
В дверь постучали, и, не дожидаясь разрешения войти, через порог переступили горничные. Каждая несла по огромному подносу, уставленному тарелками. Обед был как нельзя кстати, от неприятных воспоминаний мне всегда хочется есть.
«Удивительно, что ты до сих пор проходишь в дверь», ― прокомментировала Тьма, поправляя беретку.
Я не обратила на нее внимания и отдала должное местной кухне. Особенно повару удались куриные ножки под острым соусом, за обгладыванием последних меня и застал Риорель. Он некоторое время с живейшим интересом наблюдал за тем, как я, позабыв про этикет, отрываю куски мяса прямо с кости, а потом выхватил у меня из-под руки самую поджаристое бедрышко и впился в него зубами.
― Есть без проверки на яды, ― наставительно потряс обглоданной костью эльф, ― весьма безрассудно.
Я покосилась на воткнутые в дверной косяк булавки и пожала плечами:
― Лорд Таш не позволит, чтобы со мной что-то случилось.
Эльф проследил за моим взглядом, ухмыльнулся и снова заговорил о погоде, общине прозревших, среди которых есть и пара его старых знакомых, с которыми Риарель хотел бы перекинуться парой слов. И если мое величество не возражает, то отправится к ним сразу после того, как передаст меня в надежные руки лорда Таша. Я не возражала.
Время после обеда понеслось вскачь, горничные натащили огромную гору всевозможных платьев, вытолкали за дверь попытавшегося предложить свою помощь Риареля и заставили меня перемерить все. Эльза была бы в восторге от этого вороха тряпок, я же только устало вздохнула и попыталась изобразить радость. Наградой мне стали два подозрительных взгляда.
― А есть что-нибудь с глубоким вырезом на спине и открытыми плечами? ― осенила меня внезапная идея.
Видя неподдельный интерес, горничные засуетились и положили передо мной светло-голубое платье с вырезом чуть ниже лопаток.
― Хорошо, но мало, надо что почти вся спина была открыта,― ― задумчиво протянула я, прикинув размер своих крыльев.
Девушки понимающе заулыбались, и мне был предложен новый наряд темно-фиолетового цвета. Вырез на спине заканчивался в районе копчика, плечи оставались открытыми, лиф цеплялся за шею тонкой лентой в тон платью. Видя, что угодили, горничные заулыбались еще шире, демонстрируя полный набор мелких неровных клыков.
«Горгоны», ― безошибочно определила Тьма. «Смотри, чтобы не покусали, а то здесь нет твоего разлюбезного папеньки, чтобы тебя утихомирить».
Я с опаской посмотрела на зубки горничных, улыбки сразу увяли, но обида их длилась ровно до того момента, когда я попросила их помочь мне с подбором украшений. Если горгоны что и любят больше, чем смотреться в зеркало, то это копаться в драгоценностях. Лорд Таш не поскупился, наверное, выгреб сокровищницу замка, стараясь произвести впечатление на даму. А может, боялся остаться наедине с недовольной Эльзой. Судя по моим воспоминаниям, расстроенная королева была хуже фурии в грозовую ночь, хорошо хоть молниями швыряться не умела.
Солнце еще не село, когда вежливый, одетый в форменную куртку оборотень сказал, что карета подана.
«Ну, хоть подолом подметать парк не придется», ― проворчала Тьма, раскладывая на полу новый набор отмычек.
Лорд Таш не соизволил спуститься вниз и встретить свою гостью лично, все тот же вежливый оборотень проводил меня наверх. Он коротко постучал, распахнул передо мной дверь и отступил, пропуская меня вперед. Стоило переступить порог, как дверь мягко закрылась, в камине вспыхнул огонь, а на столе зажглись свечи. Лорд Таш сидел в глубоком кресле, и неторопливо потягивал вино, не отводя глаз от меня.
― Добрый вечер, Эльза, ― промурлыкал оборотень, поставил бокал на стол и потянулся за ломтиком ветчины.
Я сделала шаг вперед, Таш негромко зарычал, подцепляя с тарелки еще один ломтик ветчины. Золотисто-карие волчьи глаза не отрывались от меня, еще один шаг вперед, лорд довольно улыбнулся и снова зарычал, показывая клыки. В эту игру с Эльзой он играл не раз, что ж сыграю и я. Робкий шаг назад, оборотень подался вперед, в его глазах горел охотничий азарт. Я развернулась и бросилась к двери. Хищник мгновенно оказался рядом, прижал к себе, провел рукой по обнаженной спине, чуть прикусив мочку уха.
― Попалась, ― прошептал Тей, развернув меня к себе лицом, и тут же получил ногой в пах.
«Плохой песик», ― томно вздохнула Тьма.
― Ты что творишь, ― стальные пальцы сомкнулись на моем горле.
«Плохой песик с хорошей регенерацией, или у тебя удар слабоват стал», глубокомысленно изрекла Тьма, заботливо пристроила беретку рядом с отмычками и вытекла сквозь открытую дверь клетки. Оборотень успел отпрянуть за мгновение до того, как мое крыло срезало ему верхушку уха.
― Кто ты? ― прорычал Тей, зажимая рану.
Тьма мягко коснулась его руки, темный застыл, кажется, даже дышать перестал. Сила тихим ручейком потекла от меня к нему, превращаясь в тонкую черную нить. Гримаса ярости исказила его лицо, когти прорвали тонкую кожу на пальцах, шерсть пробилась сквозь кожу. Тело оборотня выгнулось дугой, с тихим хрустом ломались кости, Таш рычал и бился, но остановить трансформацию не мог.
Черный волк, чуть пошатываясь, поднялся на ноги, и тут же стукнулся головой о потолок. Тей посмотрел вниз, тряхнул головой и перевел взгляд на меня. В золотистых глазах плескалось удивление и восторг.
― Кто ты… госпожа? ― спросил оборотень, делая осторожный шаг ко мне.
― Меня зовут Рин из рода Рош, клан Стали. Новый Лорд этих земель.
Оборотень вряд ли что-то понял, но поклонился, в его глазах уже плескалось немое обожание и готовность следовать за мной на край света, ну точно так же, как у Риареля при виде Лирель. Я с отвращением посмотрела на громадного вервольфа, всего лишь очередная кукла.
«Чтобы играть, нужно, как минимум, заиметь колоду карт», ― мягко сказала Тьма.
― Ну да, ― мое ворчание заставила волка навострить уши. ― Обернись назад, так ты занимаешь слишком много места.
Таш махнул хвостом и опрокинул кресло и столик с ужином, живот разочарованно заурчал. Легкая серебряная дымка окутала тело вервольфа, очертания громадного волка смазались, потекли, у вот уже не зверь, аодетый с иголочки темный одернул черную форменную куртку и опустился на одно колено. Тьма обрела очертания закутанной в плащ фигуры и застыла за его спиной.
― Встань, ― я свернула крылья, махнула рукой, поднимая кресло. ― Позови кого-нибудь, чтобы тут убрали и принесли чего-нибудь поесть. Разговор у нас будет долгий.
Оборотень снова поклонился и уже потянулся к амулету вызова, когда я подошла к нему и рванула с плеч куртку. Мужчина на мгновение замер, а потом попытался схватить меня в охапку, но был остановлен стальным крылом.
― Я не хочу, чтобы про меня знали, ― холодно сказала я, ― боюсь, что эманации силы и так уже растеклись по замку, и вся прислуга уже слегка пьяна, не стоит давать дополнительный повод для сплетен.
Оборотень тут же угодливо кивнул, и начал сдирать с себя рубашку, скинул сапоги, небрежно расстегнул ремень на брюках, взъерошил короткие волосы и замер посреди комнаты, ожидая моего одобрения на дальнейшие действия.