С утра с Касей на связь вышел Бодлер:
– Ты просила меня фейсбуковские профили сотрудников проверить, я проверил.
– Ну и что?
– У одной сотрудницы аккаунт такой же фейковый, как и у тебя!
– Имя?
– Эллен Гаврилова. Кстати, профессионально сделано. В «Фейсбуке» интерфейс построен так, чтобы некоторые функции обычным пользователям были недоступны. Так что или она – мастер своего дела, или специалисты постарались.
– А у других?
– В порядке.
– Спасибо, Алекс, пошли мне фотографии с ее профиля, чтобы мне самой не возиться.
– ОК, – коротко ответил Бодлер и, не прощаясь, повесил трубку. Нет, все-таки он еще не выучил все правила поведения в нормальном человеческом обществе. Но Кася обижаться не стала, тем более что уже через пару минут получила запрошенные фотографии.
Следом она позвонила Сессилии и попросила все сведения на Лену Гаврилову, имеющиеся в ее рабочем досье. Сессилия тут же связалась с Мари, и через полчаса на Касин мэйл пришли отсканированные документы.
Девушка внимательно прочитала, где родилась, училась и работала Лена Гаврилова. Действовать надо было быстро. Посмотрела на часы, в Нижнем Новгороде был вечер. В разные инстанции не позвонишь и правдивость предоставленной информации не выяснишь. Оставалось то же проверенное средство: социальные сети. На этот раз обратилась к отечественным «Одноклассникам.ру». Профиля Лены Гавриловой, учившейся в Нижнем Новгороде и в Санкт-Петербурге, не имелось. Она быстренько создала таковой, вставила присланные Бодлером фотографии и стала активно проситься в друзья предполагаемым однокашникам. Через пару часов пришли первые ответы. Из Нижнего поступили исключительно вопросы на тему, кто она такая. Никто из предполагаемых одноклассников Лену Гаврилову не узнал. Зато откликнулся один однокурсник.
«Галка, привет, ты чего это вдруг ветошью прикидываешься?! Рад тебя видеть))) старушенция! Славик».
Недолго думая Кася ответила:
«Извините, я вас не знаю, меня зовут Лена Гаврилова!»
После минуты молчания:
«Ну надо же, обознался! Вы удивительно похожи на мою однокурсницу Галину Бабенко!»
«Славик, а жаль, что мы незнакомы!» – решила пококетничать Кася, а вдруг поймается… Расчет ее оказался правильным. Славик решил, что с ним флиртуют, и понесло косую в щавель. Поддерживая легкую беседу, Касе удалось узнать много чего полезного: в отношении собственного образования Лена-Галя не соврала, она действительно училась на искусствоведа, правда, с третьего курса перевелась в Москву в пединститут. Там ее следы терялись. Тем временем, судя по всему, вернулась Славикова жена, и тот быстро отключился, пообещав в скором времени выйти на связь.
Кася же тут же позвонила Сессилии. Та выслушала молча и, подумав, сказала:
– Хорошо, что вы ее вовремя вычислили, я ей перекрою дорогу. Подам жалобу в полицию о краже документов и обвиню мадам Гаврилову-Бабенко. Так же расскажу, что та приехала по фальшивым документам. Обеспечу ей сорокавосьмичасовое содержание под стражей. За это время доказательства того, что она проживает под ложным именем, я думаю, найдутся! То есть выключим ее из дела! Отлично, лишим Мансура его джокера!
Они обговорили все детали, и Кася с сознанием выполненного долга отправилась спать. Утром ее ждал новый день в архиве, и надо было отдохнуть. Оставалось проверить последние детали и просмотреть, не упустила ли она какую-то важную информацию.
Выспаться ей не удалось. Соседи сверху затеяли в неурочный час выяснять отношения. Разбор полетов сопровождался криками, грохотом падающей мебели и звоном бьющейся посуды. К шуму тут же охотно присоединились соседи снизу и сбоку, вдохновенно колотя по трубам центрального отопления. Заснула Кася только под утро, когда все угомонились. Поэтому встала не в самом лучшем расположении духа. В архиве появилась ближе к обеду. Натальи Ильиничны на месте не было. Девушка отправилась ее разыскивать, и вдруг из одного из кабинетов ее окликнули:
– Кася, какими судьбами?!
Она заглянула внутрь. Навстречу ей из-за письменного стола поднялся мужчина лет пятидесяти с солидными залысинами и круглым брюшком, выпирающим из кашемирового джемпера. Кася застыла на месте и после небольшой паузы произнесла:
– Александр Владиславович! Ты!
– Не узнала, а я-то тебя сразу углядел, – с легкой обидой произнес мужчина, – что, постарел?
– Да нет, просто давно не виделись, – ушла от ответа она, вид у Шарова был не ахти, а она раненых добивать не умела и учиться не хотела.
– Да ладно тебе благородничать, знаю, что выгляжу не очень, а чувствую себя и того хуже!