– Спасибо, подьячий!
– А баба эта в штанах, что я на подворье видел, кем тебе приходится? – не сдержал любопытства Василий.
– Это наша Прасковья, – с неожиданной любовью в голосе ответил Емельян.
– Неужто полюбовница!
– Нет, Прасковья любит того, кого сама выберет. И меня, к сожалению, она не выбрала, – с явным огорчением в голосе ответил Емельян.
На что Василий, поджав губы, осуждающе ответил:
– Ну и хорошо, что не выбрала. Где ж это видано, чтобы баба, ноги раскорячив, на лошади скакала, да еще порты как мужик нацепила, стыд и срам!
– А что, баба не хуже мужика на коне скакать может и много других дел воротить. Даже в стародавние времена, знающие люди говорят, были женщины-всадницы, которым в ратном деле равных не было.
– Амазонки, действительно равных им не было, – подтвердил Федор.
– Ни за что не поверю, чтобы баба лучше мужика воевать могла, – упрямился Василий.
– Ты знаешь, Василий, почему за Прасковью любой из нас горло перегрызет? Да потому что спасла она нас всех, от смерти лютой и бесславной уберегла! Хотите услышать, как все было? – Дядя с племянником только головами махнули, и Емельян продолжил: – Дело было года два назад. Отправились мы караваном тогда на юг. Только повздорил я с одним из тамошних торговых людей, да затаил он на меня обиду. Заплатил степнякам, чтобы меня с людьми моими верными захватили и убили. Они подкупили проводника с дозорным и ночью, как малых детей, всех нас и повязали. Только Прасковье одной уйти удалось. Она в ту ночь особняком свой шатер поставила, в укрытии, тем и спаслась. Нас же в становище отвели и стали к смерти готовить. Да только ночью вдруг шум, топот копыт, ржание раздаются, несколько юрт загорелось, все заметались, а про нас забыли. Хотя мы попытались было путы распутать, но не тут-то было. Да только в тот миг Прасковья в юрту проскользнула, всем путы перерезала. Так мы и ускользнули. Оказывается, она вместо того, чтобы о своем спасении думать, за похитителями нашими по пятам последовала. Понаблюдала с денек и скумекала, как нас освободить. У хана этого был табун самых отборных арабских скакунов. А кто лучше Прасковьи с лошадьми сладить сможет?! Так вот, она вожака привадила и ночью выпустила табун на стойбище. Пока степняки с лошадьми воевали, несколько юрт подожгла. Наши стражи про нас забыли. Вот она к нам и пробралась. Не будь Прасковьи, не говорили бы мы с вами сейчас.
Мужчины с удивлением переглянулись, теперь привязанность Емельяна к девушке стала понятнее.
– Вот видите, а вы говорите, баба в портах да баба в портах… – закончил Емельян.
В этот момент Федор думал об Арине, она ему напоминала Прасковью, наверное, она тоже бы вот так смогла, о себе не думая, дорогих ей людей спасти.
Сами не заметили, как расслабились, вкусная еда и хорошее вино тому способствовали. Разговор шел ни о чем, был он приятный и ни к чему не обязывающий. Хозяин был гостеприимный, много чего на своем веку повидавший, но не зазнававшийся, и к гостям своим относился с уважением. Так постепенно и расположились друг к другу, беседа стала доверительной, словно старые друзья встретились после долгой разлуки.
– А чего ж ты, Емельян, один как сыч по свету ходишь или не люб тебе никто? – удивился Василий.
– Правду говоришь, да только все недосуг мне было. А потом, времени у меня в обрез. Только вернусь, и сразу же опять караван снаряжать надо.
– Времени невесту хорошую найти много не надобно, – рассудил Василий, – да и потом, зачем тебе самому искать.
– Ну что ж, Василий, вот ты себе службу в дружбу и подыскал. Найди-ка мне сваху, ты Москву как свои пять пальцев знаешь и лучших свах наперечет, чтобы она мне присмотрела жену хорошую, верную. А то что греха таить: состояние я нажил немалое, да только передавать кому? Некому! Помру, царская казна все к рукам приберет, даже на помин души в монастырь ничего не даст. Так что твоя правда, Василий, одному сычем сидеть не дело. Мне сорок годков стукнуло уже, о потомстве задуматься надо бы. Да только жену мне нужно такую, на которую я положиться бы смог. Все-таки по полгода в отлучке…
– Хорошо, – пробормотал довольный оказанным доверием Василий, – найду тебе сваху.
– А зачем тебе по свахам ходить? – вступил в разговор Федор, в голове которого созрела неожиданная идея. – Ты говоришь, невесту тебе надо. У меня есть одна на примете, только сначала ответь на один вопрос.