— Любопытная у тебя теория, — усмехнулась Лариса.
— Нормальная теория, — отрезал Арвид. — Я на это еще в Лавре внимание обратил. Одними надгробиями, теми, что побогаче, люди любуются, надписи читают… А по другим ходят… Если будешь там, обрати внимание. Дорожки для удобства экскурсантов могильными плитами уложены. И, между прочим, тоже старинными!..
— Carpe diem… — пробормотала Лариса.
— Что? — не понял Арвид.
— Лови день, — пояснила она. — Иначе говоря, «ловите миг удачи». Так в Древнем Риме говорили…
— Правильно они говорили. Умные были люди, — одобрительно кивнул головой Арвид. — Скажи еще что-нибудь по-латыни.
— Et si male nunc, non olim sic erit… — вздохнув, произнесла Лариса.
— А это еще что?
— Это строка из Горация. Приблизительно переводится так: «Если сейчас плохо, когда-нибудь станет иначе…»
Арвид усмехнулся.
— Хорошо бы твой Гораций прав оказался… Ну а еще что-нибудь?
Лариса ничего не ответила. Только насмешливо покосилась в его сторону.
— Ты мне лучше скажи, зачем патроны из пистолета вынул, — вдруг вспомнила она.
Арвид удивленно обернулся:
— Какие еще патроны?
— Обыкновенные… Махал там в ложе пистолетом. А он пустой был совершенно. Вот, полюбуйся…
Потянувшись за сумочкой, Лариса наткнулась на торчащие из нее туфли и только сейчас вспомнила, что до сих пор сидит в одних чулках, пристегнутых к кружевным черным резинкам. Она достала парабеллум и протянула его Арвиду. Затем натянула туфли на ноги.
Арвид приостановил машину. Повертел пистолет в руках, вынул обойму. Недоуменно пожал плечами:
— С чего это ты взяла, что он пустой? Все на месте.
— Как?!. — подняла она голову.
Арвид показал обойму, до отказа набитую тускло сияющими латунным блеском патронами.
— Что-то ты, подруга, того… — недоверчиво засмеялся он.
— Старик тоже вынимал. Но там было пусто… Он еще издевался надо мной из-за этого…
— Да-да, припоминаю… — задумчиво произнес Арвид. — Действительно. С какой бы стати иначе он тебе его в руки дал?.. Ну хорошо. Старик вынимал обойму. А потом что?
— Потом нас увели. Этого — пристрелили и в люк сбросили, а меня — к врачу на осмотр и в баню…
— А потом?
— Снова к старику привели. И в постель.
— А пистолет где все это время находился?
— Да так и лежал на столике, куда его положили…
— Любопытненько… — озадаченно пробормотал Арвид. — Хотелось бы узнать, кто все это проделал.
— Думаешь, его кто-то разрядил, а потом снова патроны вставил?
— Наверняка… Только вот кто и зачем?.. Жаль, никогда, наверное, этого не узнаем.
Арвид помолчал немного. Затем махнул рукой:
— Хрен с ним! Главное — дело сделано и мы оба живы. Бабки получим, поделим — и за новые дела примемся. У меня уже еще кое-что на примете вырисовывается.
— И опять я в роли дурочки окажусь?
— Нет. Теперь все по-честному. Можешь мне поверить. На пару работать будем. Без посторонних… А если не хочешь — я не держу. Можешь полностью собой располагать…
Лариса невольно улыбнулась:
— Ты уже, помнится, отпускал меня на все четыре стороны… Правда, с бомбой в сумочке…
Арвид покосился на нее. Потом рассмеялся:
— Ладно, не бери в голову.
Протянул ей парабеллум.
— На, убери на место.
Лариса вскинула брови.
— Разве ты у меня его не отбираешь? — удивленно спросила она.
— Теперь — нет. Поехали дальше…
Некоторое время снова молчали. Вдруг Арвид сплюнул:
— Черт! Не допер сразу. Надо было с него хоть куртку содрать.
— С кого? — не поняла Лариса.
— С кого, с кого… С Васьки…
— Зачем?
— Ну как зачем? Для тебя же… Мы сейчас эту тачку бросить должны. Не на ней же нам через пост ГАИ в город въезжать!.. А потом пешим ходом на станцию переться надо. В Горскую… Первого поезда дожидаться. А ночь холодная… Да и видок у тебя тот еще… Весь Питер будет пальцами тыкать. Школьница какая-то…