— Что у тебя там?
Пальцы разжались сами собой. На ладони лежали ключи от «восьмерки».
— Э-э!.. Так у тебя, оказывается, и тачка наготове!.. Ну-ка, сейчас покажешь, что за тачка.
— Правильно, — кивнул головой Васька. — Лишние колеса нам не помешают…
Внезапно щелкнул замок в соседней квартире. Дверь приоткрылась. Из образовавшейся щели высунулась пьяненькая, с затуманенным взором физиономия Сергея Сергеевича.
— Что вы тут шумите?.. — заплетающимся языком пробормотал он. — Людям отдыхать не даете…
Затем заметил Ларису. Ничуть не удивившись, поклонился ей.
— Ах, это вы, Лорочка?.. День добрый, день добрый… — закивал он головой. — Что-то давно вас видно не было…
Васька резким ударом ноги захлопнул дверь. Изнутри послышался звук падающего тела. Что-то зазвенело, покатилось по полу…
— Пошли! — приказал Арвид, зло взглянув на Ларису. — Это еще что за пьяная образина?
Он легко, но требовательно подтолкнул ее к распахнувшимся дверям лифта.
— Сосед… — задумчиво, словно ни к кому не обращаясь, ответила она. — Странно… Прежде он никогда не пил…
— Надо бы квартирку запомнить, — произнес Васька. — Может, глядишь, и опекунство оформим… Один хрен — сопьется. Жаль, если хата пропадет… Отдельная, говоришь?.. — покосился он на Ларису.
Она посмотрела сквозь него, как в пространство, и молча кивнула.
Спустились и вышли на улицу.
— Показывай тачку! — повернулся к Ларисе Толик. — Если на ходу, я следом поеду.
Лариса молча вошла под арку. Ее конвоиры не отставали ни на шаг. Оказавшись во дворе, она показала рукой на стоящую в углу темно-зеленую «восьмерку». Парни со скептическим видом осмотрели ее.
— Ничего, сойдет, — кивнул наконец Арвид. Протянул Толику ключи: — На, проверь.
Тот снял блокировку, открыл машину и плюхнулся на сиденье. Включил зажигание. Мотор заурчал.
— Все путем. Поехали! — махнул он.
Арвид, поддерживая Ларису под руку и перекинув через плечо ее баул с собранными вещами, вышел на улицу и направился к пикапу. Васька последовал за ними.
Сели в машину. Дождались, пока «восьмерка» выползет из подворотни, и дали газ. «РАФик» рванулся вперед. За ним помчался и зеленый «жигуленок»…
В полном молчании проехали несколько кварталов.
Внезапно сзади донесся душераздирающий, хотя и приглушенный автомобильными стеклами, вопль. Все невольно оглянулись.
Идущая сзади «восьмерка» завиляла, пошла юзом, развернулась куда-то в сторону, вылетела на тротуар и на полной скорости врезалась в угол ближайшего здания. Брызнуло стекло. Вспучилась обшивка капота…
— Что такое?!.
Пикап остановился. Лариса смотрела назад и ничего не могла понять. Васька быстро выдернул ключ от зажигания и выскочил из машины. Лариса тоже дернулась было…
— А ты куда?!. — шугнул ее Васька, но Арвид схватил ее за руку, выдернул из машины и потащил за собой.
Подбежав к «восьмерке», они увидели искореженный капот и перекошенное ужасом бледное лицо Толика.
— Ты чего?..
Васька распахнул дверцу автомобиля. Быстро белеющее лицо Толика, с рассеченным ударом лбом, прямо на глазах покрывалось росинками пота. Тело сотрясала мелкая дрожь. Еле шевеля губами, он рукой показывал куда-то себе под ноги. Глаза заволакивались смертной пеленой.
Арвид взглянул вниз и быстро отшвырнул Ларису от машины. Отскочил и Васька.
Из-под сиденья автомобиля ленивой тягучей лентой, свешиваясь к асфальту гадкой уплощенной головой, покрытой мелкими щитками, медленно выползала наружу золотистого цвета змея, вдоль спины которой отчетливо виднелась черная зигзагообразная полоса.
Арвид выбросил ногу и тяжелым каблуком высокого ботинка ударил по змеиной голове. С хрустом лопнул череп. Вдоль золотистой ленты пробежала судорога, и все было кончено.
— Бегом! Скорее!.. — бросил Арвид своим спутникам. — Толику уже ничем не поможешь, а сами погорим. Он умрет через пару минут. Это — армянская гадюка. Я таких на Кавказе видел… Бегом!..
— Не нравится мне все это, — после тягостного молчания произнес Васька, левой рукой направляя движение «РАФика», а в правой держа сигарету.
Арвид молчал. Сидя рядом с Ларисой, он крепко держал ее за руку.
— Слышишь, Арвид? — повторил Васька. — Не нравится, говорю, мне это все…
— Слышу. Что дальше? — отозвался тот.
— Чую, погорим мы из-за этой курвы… Вот что.
— Ты машину веди. Она тут ни при чем. — Потом обратился к Ларисе: — Теперь, кажется, начинаю понимать, что тебя действительно круто прижали. Ты мне все должна потом рассказать. Ясно?