Они стояли в пустом коридоре. Рядом не было никаких дверей.
– А телефон еще включен? – спросила Надежда, у которой мелькнула одна мысль.
– Конечно. Иначе мы не смогли бы его засечь.
– Ну так набери его!
– И правда, как я не сообразил! – смущенно проговорил Евгений и набрал номер.
Тут же из-за левой стены послышался жизнерадостный мотив телефонного звонка. Звучала незабвенная «Мурка».
– Он здесь! – оживилась Надежда и, подойдя к стене, осветила ее своим телефоном.
При прямом свете стала видна узкая щель. Евгений достал складной нож, вставил его в щель и провел снизу вверх. Примерно в метре от пола лезвие встретило сопротивление – видимо, в этом месте на потайной двери был замок. Евгений надавил, отжимая язычок замка, раздался щелчок, и дверь открылась. Из-за нее дохнуло могильным холодом, мелодия телефонного сигнала стала громче.
Евгений все еще стоял на пороге, к чему-то приглядываясь. Надежда в нетерпении отодвинула его, заглянула за дверь – и увидела маленькую темную комнату без окон, а в ней лежащего на полу, не подающего признаков жизни человека.
Приглядевшись к нему, она с трудом узнала Виталия, точнее, Сергея, но как он изменился! Бледный как полотно. Под глазами темнели лиловые круги. Он даже заметно похудел. Голова его была откинута к плечу, так что хорошо было видно горло, на котором…
На горле мужчины были отчетливо видны две небольшие запекшиеся ранки. Следы от клыков?
Надежда помотала головой, чтобы избавиться от наваждения. Вот еще! Что за мистика!
Она помедлила в испуге – уж больно странно выглядел мужчина, затем шагнула к нему, но тут ее оттолкнула тезка. Вторая Надежда кинулась к Сергею, наклонилась над его бесчувственным телом и запричитала:
– Миленький, да что же с тобой сделали? Да кто с тобой такое сотворил?
Надежда вспомнила, как только что ее тезка на чем свет ругала своего приятеля, считала, что он ее бросил и сбежал с деньгами… Как переменчиво женское сердце!
Сергей не шевелился и не подавал никаких признаков жизни, так, может, он уже… мертвый?
Как ни странно, покойников Надежда Николаевна тоже не боялась, повидала их в своей богатой приключениями жизни, пожалуй, больше десятка. Поэтому прежде всего она решила удостовериться, покойник перед ней или просто человек без сознания.
Украдкой бросив взгляд на Евгения, она заметила, что тот застыл соляным столбом и не мигая смотрит на противоположную стену. Проследив за его взглядом, Надежда в первую очередь заметила раму. Потемневшую от времени, массивную, резную. Черные деревянные ветки на ней переплетались, как живые. И казалось, будто сейчас на этих ветвях распустятся черные цветы, а черные птицы защебечут.
В середине рамы не было ни картины, ни иконы. Просто темное пространство. Матовое, без малейшего проблеска и такого черного цвета, что Надежда содрогнулась. Ей казалось, будто она смотрит в очень глубокий колодец, в котором и дна-то нет.
Внезапно раздался нежный хрустальный звон, как будто звякнули друг о друга два бокала. А потом Надежда почувствовала странное головокружение. Темнота в раме, казалось, притягивала ее, засасывала… и сквозь эту темноту начало проступать какое-то лицо.
Надежда Николаевна вздрогнула, встряхнула головой и торопливо отвела взгляд от темноты в раме. Потом тихонько тронула Евгения за рукав, но он не шелохнулся. Тогда Надежда поняла, что это более чем серьезно, и больно ущипнула его за предплечье, стараясь при этом смотреть в пол, а не в бездонную темноту в резной раме. Евгений вот посмотрел – и что? Стоит, как столб, и двинуться не может…
– Да очнись ты! – Надежда с размаху двинула его кулаком в бок, да еще и под коленку пнула.
Помогло. Евгений очухался, схватился за ногу и посмотрел на Надежду удивленно.
Та развернула его спиной к раме и показала на лежащего мужчину.
– Ну-ка, смотри – живой он или покойник?
– Вроде живой… – неуверенно сказал Евгений, опасливо прикоснувшись к неестественно белой шее Сергея.
Надежда номер два по-прежнему только жалостно причитала над своим мужчиной, не делая ничего толкового и разумного, чтобы привести его в чувство.
Надежда Николаевна отодвинула ее и для начала вытащила мужчину в коридор – здесь было светлее, не ощущался могильный холод, а главное – не было видно того непонятного, таинственного предмета в раме, который вызывал у Надежды серьезные опасения. Полуживой Сергей, застывший каменным изваянием Евгений, да и сама она почувствовала такое странное головокружение…
– Не спи, замерзнешь! – Она толкнула Евгения в коридор, затем проверила пульс у лежащего.