Примерно в том же месте Резаку впервые показалось, будто он слышит какой-то странный шёпот. С каждым шагом тот становился всё отчётливей. Какое-то, похожее на звук пересыпаемого щебня, бормотание, в котором невозможно было разобрать ни единого слова. Судя по настороженным взглядам других ежей, начавших беспокойно вертеть головами, они это тоже слышали.
Внезапно мирно дремавший до этого Ёршик продрал глазки и резко встрепенулся. Его густая шёрстка моментально встала дыбом. Он принялся неистово пищать, ёрзая на плече у Зырка.
- Чего это он?! – обеспокоился Шпатель.
Побледневший на глазах, Бур тихо произнёс:
- Похоже, наш пушистый обнаружитель только сейчас отошёл от действия чудо-похлёбки. И, по всей видимости, мы сейчас находимся ниже Уровня Вострита.
- Шата-а-ать ту сваю! – в сердцах воскликнул Кирпичник.
Его возглас гулким эхом прокатился по туннелю. Вслед за этим со стороны, недавно пройденного, опасного участка раздался грохот каменного обвала. Почти наверняка, путь назад теперь был отрезан. Оплошавший Шпатель растерянно замер. Только этим вечером он по ошибке накормил весь отряд галлюциногенной похлёбкой, а теперь вот это! Если уж судьба предоставляет возможность накосячить, то она вряд ли откажет в «любезности» дать шанс на закрепление результата. Шпатель опасливо покосился на сотника и получил в ответ угрюмый взгляд. Устало вздохнув, Бур промолвил:
- Если б я не знал тебя достаточно долго, то мог бы решить, что ты засланный шпион-смертник.
***
Как и предполагалось, путь в обратную сторону оказался наглухо завален. Мало того, что его расчистка могла занять не одни сутки, так ещё и была чревата угрозой вызвать новые обвалы. В итоге, на свой страх и риск, сотник принял решение продвигаться дальше по углубляющемуся туннелю. Таинственный шёпот в голове не стихал, поэтому Бур нервно поторапливал своих подопечных.
Через какое-то время туннель, наконец, вывел отряд к широкой развилке. По виду ни одно из ответвлений не вело наверх, так что пришлось выбирать направление наугад. Выбранный отнорок вскоре вывел отряд к густому лабиринту разветвлённых пещер. Само собой, никакой карты этой местности у ежей не имелось. Хорошо ещё, что у всех недровиков было врождённое чувство направления. Они без всякого компаса разбирали, где север, а где юг, с такой же лёгкостью, с какой отличали право от лева. Хотя в данной ситуации это им сейчас не особо помогало.
Откуда-то спереди послышались звуки возни. При этом звучащая в головах неразборчивая речь стала как будто бы громче, превратившись из еле слышного бормотания в громкий шёпот. Бур собирался уже обойти подозрительное место, свернув в соседнюю пещеру, но его планы спутал Ключ. Гаечнику показалось, что среди непонятного бубнежа он отчётливо расслышал «Помогите! Убивают!». Возможно, слова были и другими, но смысл их сводился именно к этому. Ключ был не из тех, кто мог бросить ближнего в беде. Да и не ближнего тоже. Именно поэтому он самоотверженно рванулся вперёд, не обращая внимания на встревоженные оклики товарищей.
Преодолев с полсотни шагов, Ключ вбежал небольшой тёмный грот. В самом центре открывшегося пространства извивалась какая-то чёрная фигура непонятного телосложения. В скором времени её осветил тусклый желтоватый свет. Это прибежали взволнованные сослуживцы со светогрибным фонарём. Чёрная фигура оказалась гигантской ползухой, в десятки раз больше той, что собиралась напасть на Ёршика. Такая могла запросто убить взрослого люда. Причём не просто задушить, обвив кольцами, а в буквальном смысле раздавить, переломав рёбра. Может быть не гнома, но гоблина точно.
Ползуха повернулась к источнику света и подняла голову. Из пасти у неё выпал круглый погрызенный камень. Несколько мгновений животное, не мигая, смотрело на ежей, после чего резко бросилось к, держащему фонарь, Буру. Сотника спас Тинк. Когда до твари оставалось чуть больше среднероста, в нос ей воткнулся арбалетный болт. Ползуха дёрнулась и злобно зашипела. Поняв, что схватки уже не избежать, ежи, не сговариваясь, начали медленно окружать зверя.
Когда рассвирепевшая ползуха попыталась достать Тинка, она получила укол мечом в хвост от Резака. Переключившись на него, она пропустила удар от Бура. Бестия извивалась, как змея на раскалённых углях, в попытке достать хоть кого-нибудь из ежей. Стоило ей сосредоточиться на какой-либо жертве, как она тут же получала удар с противоположной стороны. Вцепившийся в плечо Зырка, Ёршик вносил свой посильный вклад, кроя врага грозным писком. Толку от этого не было никакого, но свои ноты в общую какофонию вносило.