Вот так, за непринуждённой беседой (если таковою можно назвать монолог Шпателя) гномы, наконец, вышли из туннеля. Открывшийся им пейзаж поражал своей красочностью. Особенно после непроглядного мрака. Прямо напротив выхода из туннеля, через широкую пропасть был перекинут каменный мост. Ну как мост? Скорее что-то вроде огромной длинной балки из скальной породы. Как подобная нерукотворная конструкция могла возникнуть в природе, оставалось лишь гадать.
Однако больше всего впечатлял даже не «мост». В пропасти под ним клубилась дымка каких-то испарений. Молочно-белый туман тускло подсвечивался откуда-то с глубины. Свет казался каким-то неестественным, даже потусторонним. Но вместе с тем и завораживающим. Благодаря ему, гномы наконец-то могли отчётливо видеть всё окружающее пространство. Оглядевшись вокруг, Шпатель неуверенно спросил:
– Поди, дальше пойдём… по этому мосту?
В ответ Ключ лишь неопределённо пожал плечами. Не зная, как это лучше интерпретировать, Шпатель махнул рукой и воскликнул:
– Ай, ладно! Уболтал, эльф языкастый. Других путей я всё равно здесь не наблюдаю.
Поправив рюкзак, Кирпичник первым шагнул на гладкую каменную балку. Благо, ширины у той хватало, чтобы идти по ней, не ощущая себя начинающим канатоходцем. При желании можно даже было пройтись подвое вряд. Только вот желания такого не было. Когда совсем рядом находится пропасть, у которой не видно дна, хочется держаться подальше от её края. Ну, так, на всякий случай.
Шпатель не оглядывался, но слышал, как Ключ шаркает следом. Кирпичника это успокаивало. Не сказать, что близость бездны его сильно пугала, но определённый дискомфорт всё же был. В детстве Шпатель очень боялся высоты. С возрастом этот страх заметно ослаб, но до конца так и не испарился. Сам того не замечая, Кирпичник ускорил шаг.
Внезапно Шпателю показалось, что в сгустках тумана мелькнуло что-то большое и тёмное. Он не придал этому особого значения, списав на разыгравшееся воображение. Тем не менее, сам того не желая, он стал внимательнее смотреть по сторонам. И, как выяснилось, не зря! Вскоре Кирпичник заметил крупную тень, скользящую под поверхностью тумана.
Шпатель нервно сглотнул и интуитивно потянулся за лежащим на пути камнем. Тот был гладким и увесистым, примерно с кулак размером. Оказавшись у Кирпичника в ладони, он придал тому немного уверенности. Многие чёрные гномы до войны не умели пользоваться профессиональным оружием. Попасть в противника из арбалета они могли разве что только в упор. Зато нипочём бы не промазали запущенным с десяти шагов булыжником. В этом плане Шпатель был классическим чёрным гномом. И плевать он хотел на всех умников, утверждающих, что камень – оружие дикаря!
Меж тем страшная тень приблизилась к мосту в десятке шагов перед гномами. Из тумана начало подниматься что-то большое и красно-бурое. В следующий миг Шпатель увидел гигантское жёлтое око. Своим размером оно не уступало панцирю взрослого лжевалуна. Если это один единственный глаз, то каково же всё остальное?! Какую чудовищную тушу скрывает в себе белое марево?! Она же, как минимум, должна до дна доставать! По спине Кирпичника пробежали мурашки, а бесполезный против таких габаритов булыжник как-то сам собой вывалился из руки.
Существо моргнуло и начало подниматься. Опасения Шпателя не подтвердились. Над мостом застыл большой (но после давешних фантазий уже не гигантский) одноглазый шар. Он был окаймлён десятком подвижных щупалец, скруглённых на концах. Под единственным крупным глазом щерилась зубастая пасть. Кстати, единственным ли? Неожиданно все десять (или сколько их там?) щупалец вытянулись в сторону гномов. На конце каждого из них раскрылось по маленькому жёлтому глазику. Вернее, это они по сравнению с центральным выглядели маленькими, а так каждый размером с кулак.
Невероятно! Это же… да нет, быть такого не может! С другой стороны все отличительные признаки на лицо. Сначала глыбни, теперь вот это. Сколько же сказочных тварей водится в безлюдных глубинах?! Хоть в это и трудно было поверить, но перед Шпателем парил настоящий злобоглаз. Существо, которое, как убеждены многие, можно повстречать в гномьей геральдике и мифологии, но никак не в реальной жизни.