Через какое-то время вся процессия вышла на широкий выступ, возвышавшийся на краю большого грота. Тут костляки почему-то остановились. Один из них отделился от основной группы и стал спускаться по узкой каменной тропинке. «Никак разведчика вперёд выслали? – недоумённо отметил Тинк, – А может… гонца?» Пользуясь временной заминкой, он попробовал осмотреться. И тут же ахнул от изумления.
Раскинувшийся внизу грот оказался обитаемым. Вот только обитали в нём не люды. В освещении многочисленных, и как будто специально посаженных, светогрибов копошились сотни костляков. Чем именно они занимались, понять было сложно, но практически каждый из них выполнял какую-либо работу. Кто-то что-то тащил, куда-то бежал – почти никто не стоял без дела. Тинк только сейчас обратил внимание на доносившийся снизу гул. Пусть негромкий, зато отчётливый. Чем-то похожий на звуки пчелиного улья.
В дальнем конце грота на каменном возвышении, словно на импровизированном троне, расположился огромный костляк. Вместо гномьего скелета «каркасом» тому служили останки жируна. Тинка передёрнуло. Жируны сами по себе, мягко говоря, не являлись образцом красоты и изящества. Но это! Это казалось апофеозом уродства. Гигантская неповоротливая туша из фиолетово-чёрной плоти с торчащими из прорех костями. В равной степени противная и устрашающая. Это, что местная королева? Костлякоматка?
Ещё на дне грота чернело несколько провалов – широких ям с неровными краями. Тинк поначалу даже не обратил на них внимания. Ничего сверхнеобычного в таком рельефе не было. Однако вскоре гоблин заметил, как некоторые костляки кидают туда тушки грызунов и тенерысков. «Там у них склад еды что ли? – подумал он, – Или же…» Видимо, мысли Бура в данный момент были заняты тем же самым. Высказав их вслух, сотник озвучил только начавшее зарождаться у Тинка предположение:
– Похоже, в тех ямах ясли для молодняка. Когда вырастут, будут наши скелеты донашивать.
– Шатать ту сваю! Я не хочу на корм их личинкам! Чтобы после смерти стать… – Шпатель запнулся, не зная, какое слово подобрать.
– Костляком, – поделился своим вариантом Тинк.
Внезапно сзади раздался топот, быстро сменившийся звуками какой-то возни. Тинк почувствовал два несильных толчка. После этого державшие его костляки стали один за другим оседать на землю. Вместе с ними и сам Тинк ткнулся носом в каменистый грунт. В следующее мгновение гоблин ощутил какое-то слабое подёргивание возле левого бока. Одновременно с этим сковывающие его путы начали постепенно ослабевать. Решив этим воспользоваться, Тинк попытался как-нибудь повернуться. И о чудо! У него это получилось!
К непередаваемой радости Тинка, его взору предстал Ключ Гаечник. Тот лихорадочно вспарывал мечом удерживавшие гоблина отростки. Быстро окинув взглядом окружающее пространство, Тинк увидел ещё и Резака с Зырком, также освобождавших от пут своих товарищей. Все находившиеся на выступе костляки оказались мертвы.
– Едрит гранит, Резак! – радостно воскликнул Шпатель, увидев рядом знакомое лицо, – Ты мой герой! Был бы я бабой, отдался б тебе, не задумываясь!
– С-пасибо, – выдавил из себя Куролес, обалдевший от такого комплимента.
Наверняка, коварное воображение уже безотчётно рисовало ему портрет Кирпичника в женском обличье. Резак рассеяно моргнул и встряхнул головой.
Неожиданно снизу из грота раздался нарастающий вой. Освобождённый Тинк быстро поднялся и взглянул на «улей». Королева-матка тянула в сторону их выступа свою лапищу и, раззявив жвала, громко голосила. Ей вторили остальные костляки. Похоже, намечалась большая погоня. Поняв, что в скрытности нет больше смысла, Резак размотал свой скомканный спальник, достав из него светогрибной фонарь сотника.
– Ну, чего замерли, имбецилы аутентичные?! – рявкнул на подчинённых Бур, – Линяем!
Тинк почувствовал лёгкий толчок в плечо. Обернувшись, он увидел протянутый ему дуговорот. Благодарно кивнув, гоблин схватил свой арбалет и вместе со всеми рванул в туннель, уводящий от гнездовья костляков. «Повезло, что нас тащили со скоростью раненой улитки, – уже на бегу отметил он про себя, – Иначе бы наши точно не успели».
– Как вы нас так быстро нашли? – крикнул он своим спасителям.
– По хлебным крошкам, – не оглядываясь, ответил бегущий перед ним Резак, – Скажите спасибо Ключу. Он их первым приметил.