– Говорят, если лопать растения, глаза станут раскосыми, как у эльфов, – ответил на это Шпатель.
– А что значит раскосые?
– Это когда уголки глаз не на одном уровне, – раздался голос Бура Глыбомера.
Шпатель и Тинк одновременно обернулись. Сотник как раз заканчивал сворачивать свой спальный мешок. Приторочив получившийся свёрток к рюкзаку, Бур направился к дозорным. Недовольным или рассерженным он не выглядел. Похоже, он проснулся не из-за громкого разговора. Сотнику просто-напросто не спалось. Присев рядом с дозорными, он продолжил начатое разъяснение:
– Внешние уголки (те, что ближе к вискам) заметно выше внутренних, направленных к переносице.
До этого Шпатель и сам не особо представлял, что означает слово «раскосый». Он даже полагал, что это другое название косоглазия. Услышав версию Бура, Кирпичник попробовал представить себе эльфийское лицо. В итоге, воображение нарисовало какую-то неестественную кривоглазую маску.
– Жуткий должен быть видок, – поделился Шпатель своими мыслями.
– Совсем наоборот, – возразил Бур, – Глазища у эльфов большие, широкие, мед… миндалевидные. Можно даже сказать, довольно притягательные.
Шпатель скептически хмыкнул. Как и большинство недровых народов, гномы имели предрасположенность к лупоглазости. В их понимании, чем круглее были глаза, тем они считались выразительнее. А соответственно, и красивее.
– Старший, – меж тем обратился к сотнику Тинк. В голосе гоблина сквозило затаённое любопытство, – А Вы сами когда-нибудь эльфов видели?
– Те, кто повстречал живых эльфов, обычно уже никому не могут об этом рассказать, – хмуро промолвил Бур.
– Это уж точно, – признал Тинк.
Шпатель же про себя отметил, что прямого ответа на вопрос сотник не дал.
***
Как должна выглядеть государственная граница? Хотя нет, лучше сформулировать вопрос иначе. Что представляет собой пограничье сильной всеберии? На ум сразу приходит протяжённая цепь крепостей и застав. Многочисленные гарнизоны, укомплектованные обученными и хорошо вооружёнными воинами. Бдительные дозорные, стерегущие все возможные подходы. Что ж, довольно часто всё именно так и обстоит. Часто, но не всегда.
Речь вовсе не о безалаберности, тут другое. Логично сильнее укреплять те рубежи, за которыми таится больше опасности. Например, какие-нибудь свирепые дикари, обожающие устраивать набеги на соседей. Ну, или воинственная страна под управлением жестокого диктатора. Да хоть просто чужой народ, пусть даже якобы мирный. Мировая история не единожды доказывала, что улыбаться в лицо можно и держа за спиной заготовленный нож.
А если по ту сторону границы никакой серьёзной угрозы нет, что тогда? За обнаруженными отрядом воротами определённо лежали недра Красногномой. Однако по эту их сторону находились абсолютно безлюдные пещеры. Да чего уж там, нижние границы всеберий никто всерьёз за границы-то не воспринимал. Конечно, возле них довольно часто обитало всякое опасное зверьё, но ведь то были просто дикие животные. Пусть страшные, зато неразумные. Для защиты от них вполне хватало и пары крепких створок с надёжным засовом.
Вот примерно такие мысли и роились в голове Бура Глыбомера, когда он поздним днём вёл свою команду к старым воротам. Уж очень бы не хотелось обнаружить с той стороны какой-нибудь сильный гарнизон в пару сотен клинков. Можно, конечно, было поискать и другие проходы. Вот только, сколько на это уйдёт времени? Так ведь можно проблуждать хоть до мухоморного заготовня. Никаких карт этой дикой местности (даже самых примитивно-схематичных) у Бура не имелось. Вероятно, таковых и в природе-то ещё не существовало. Так что, возможно, отряду даже повезло наткнуться накануне на те ворота.
До места добрались молча. Угрюмая задумчивость командира передалась и подчинённым. Подойдя к массивным створкам, сотник первым делом приказал остальным отойти подальше. Убедившись, что бойцы отдалились на достаточное, по его мнению, расстояние, он стянул с плеч рюкзак. После непродолжительного шебаршения в недрах матерчатого нутра Бур извлёк оттуда небольшую шкатулку. Щёлкнув запорным механизмом, он поднял крышку и заглянул внутрь.
«А я ещё брать не хотел, – мысленно напомнил себе Бур, – Думал, не понадобится». Шкатулка (вместе со всем своим плотно уложенным содержимым) являлась маленьким АНП. А если точнее, то одноразовым. Оставалось лишь надеяться, что имеющегося в нём «Троглоята» хватит для создания достаточно крупной дыры. Правда, железные ворота это алхимическое вещество повредить не могло – оно было рассчитано исключительно на камень. Ну, так что ж? Как говаривал один умный гном, кратчайший путь не всегда самый быстрый.