Бур вынул из шкатулки малюсенький клубочек красной липучей ленты. Немного помял и повертел тот в пальцах. Затем аккуратно подцепил кончик ленты ногтем. Минулю спустя «Троглоят» уже был налеплен «сеточкой» на стене рядом с воротами. Буквально впритык к правому косяку. На это дело ушёл весь клубок без остатка. Отойдя на пару шагов, Бур окинул своё творение критическим взором. Слегка кривовато, но в целом сойдёт.
Кроме «Троглоята» в шкатулке ещё находились: полупрозрачный пузырёк с крохотным распылителем вместо пробки; маленькая (чуть больше мизинца) стеклянная палочка, завёрнутая в шерстяную салфетку; а также моток тонкой проволоки. В общем, все «ингредиенты» необходимые для алхимического бабаха. Проделав с ними ряд положенных манипуляций, Бур залёг шагах в десяти от места будущего подрыва. Как назло никаких укрытий поблизости не имелось, а расположиться дальше сотнику не позволяла длина проволоки.
– Па-аберегись! – крикнул Бур бойцам, молча наблюдавшим за его действиями с безопасного расстояния.
Напряжённо вздохнув, он поднёс к концу проволоки стеклянную палочку, предварительно «заряженную» о шерсть. Сверкнула белая крошечная искра. Того, что случилось дальше Бур уже не видел, так как уткнулся носом в грунт и прикрыл голову руками.
Громыхнуло. Сверху по доспеху пробарабанили осколки каменного крошева. Особо вреда сотнику они не причинили, только один треклятый камешек больно ударил по пальцу. Всё-таки прикрывать стальной шлем незащищёнными ладонями было не самым взвешенным решением. Морщась от боли, Бур поднял испачканное в грунте лицо. В лёгкой дымке оседающей пыли отчётливо просматривался итог приложенных стараний. Результат вышел вполне приемлемым – к правому косяку ворот жалось обширное полукруглое отверстие.
Не теряя попусту времени, Бур поднялся на ноги, наскоро отряхнулся и направился к дыре. Встав возле неё у каменной стены, сотник внимательно прислушался. Никаких голосов, шагов, лязга метала, и прочих подозрительных звуков изнутри не доносилось. Это немного успокаивало. Впрочем, расслабляться было всё ещё рано. Подошли остальные ежи.
– Что там, старший? – шёпотом спросил Шпатель.
– Сейчас узнаем, – забирая у него фонарь, ответил Бур.
Пробитая дыра оказалась не столь уж велика. Пролезать в неё сотнику пришлось боком и пригнув голову. На другой стороне в воздухе так же висела пыль. Однако даже посреди этой взвеси было заметно, что за воротами находился абсолютно безлюдный, если не сказать заброшенный, туннель. Практически такой же запущенный, как и недра снаружи. По всей видимости, как и надеялся Бур, ворота никем не охранялись. Вот прямо совсем. К ним даже какого-нибудь одинокого сторожа со стареньким дробострелом не приставили, не говоря уже о полноценной заставе. Ну, так что ж, тем проще для ежей!
От подобных рассуждений голову сотника посетила одна запоздалая мысль. Наверное, стоило первым послать в дыру кого-нибудь из подчинённых. Самому разведывать опасные места для командира как-то несолидно. «Ну, быть может, в следующий раз», – решил про себя Бур, наваливаясь всем весом на рукоять огромной щеколды. И засов, и петли за годы своего простоя успели изрядно так проржаветь. Возникало ощущение, будто ворота настолько привыкли к закрытому состоянию, что переход в какое-либо иное их теперь пугал. В конце концов, Буру удалось сдвинуть одну из створок. До чего же отвратительно она при этом скрипела! Широко улыбнувшись, сотник сделал руками пригласительный жест и, обращаясь к ежам, возвестил:
– Глубокоуважаемые! Милости прошу вовнутрь.
Один за другим недровики быстро просочились в раскрытые наполовину ворота. Без всякого приказа каждый из них достал своё оружие. В принципе, правильно. На предположительно вражеской территории нужно быть готовым к любым неприятностям.
– Ух ты! – удивлённо прошептал Резак, разглядывая одну из стен, – Да мы никак в недрах Волноходии?
– С чего ты так решил? – заинтересовался сотник.
– А тут стены украшены традиционным узором Волноходов.