Ежи успели «вскрыть» примерно треть зала, когда двери сами собой начали захлопываться. Створки застучали громко и последовательно, словно по стене пошла гремящая волна. У Тинка снова возникло ощущение, будто в зале орудует невидимка. Зелёный даже принялся непроизвольно озираться по сторонам, силясь высмотреть незримого шкодника. Самое поразительное, что у него это получилось!
Неожиданно для самого себя, Тинк наткнулся взглядом на тёмную фигуру в мешковатой одежде. Он даже вздрогнул от такой внезапности. Незнакомец хлопнул очередной дверью, но стук донёсся с другой стороны зала. Отражение! Одну из дверных створок украшало мутное зеркало. В нём-то Зелёный и узрел загадочную фигуру. Он обежал глазами помещение и удостоверился, что «на прямую» чужака не увидеть.
Тинк поставил на пол ковшик со светогрибом и потянулся за дуговоротом. «Резко не дёргайся, – подумал гоблин, мысленно обращаясь к незнакомцу, – Мне нужно тебя лишь ранить». В силу мирной дипломатии Зелёный не верил, а потому решил, что взять заложника – хорошая идея. Как минимум, тогда больше не придётся послушно играть по чужим правилам.
Целиться по отражению оказалось очень неудобно – приходилось смотреть в одну сторону, а оружие направлять в другую. К счастью, определённый опыт в этом у Зелёного имелся. Когда Тинк был ещё ребёнком, он вместе с отцом тренировался стрелять из-за деревьев «по-эльфийски» (не выглядывая из-за ствола). Для этих целей каждый из них тогда обзавёлся широким гномьим ножом, полированный клинок которого отражал всё не хуже иного зеркала. Хорошие были времена… Зелёный-старший в данном умении особо не преуспел, а вот Тинк, не смотря на юный возраст, добился ощутимых успехов.
Тем временем «невидимка» захлопнул почти все двери, которые ежи понаоткрывали впятером. Между делом он постоянно оглядывался на опешивших воинов. Обернувшись в очередной раз, он встретился взглядом с Тинком. Определить эмоции незнакомца было сложно. Сверкающие из-под глубокого капюшона, ярко-жёлтые глаза казались совершенно бесстрастными. Однако они широко распахнулись, когда «невидимка» перевёл взор на арбалет, направленный в его сторону.
Тинк криво улыбнулся и, не опуская дуговорота, поманил чужака пальцем. Блестящие глаза незнакомца сузились. Прочие черты лица скрывала тень от капюшона, но вряд ли то был прищур от ласковой улыбки. «Невидимка» поднёс руку к губам, а потом ею же указал на свою ляжку. Тинк понял, что его «приглашение» было грубо отвергнуто.
– Ну, как хочешь, – прошептал он и спустил тетиву.
Арбалетный болт вонзился в стопу. Как бы цинично и жестоко это не звучало, но попадание вышло удачным. «Невидимка» был не только ранен в ногу, но ещё и пригвождён к шершавому полу. Правда, для подстреленного, незнакомец вёл себя необыкновенно спокойно. Не вопил, не корчился от боли. Даже позы не поменял, словно вообще ничего не почувствовал. Подозрительно…
– Шатать ту сваю! Ты чего творишь? – неожиданно воскликнул Шпатель.
Тинк бросил взгляд на сослуживцев. В отличие от говорливого Шпателя, сотник ограничился строгим вопросительным взором. Кроме того в глазах других ежей читалось недоумение. Очевидно, со стороны поведение Тинка смотрелось странно. Спонтанная стрельба без видимой причины едва ли походила на разумный поступок. Наверно, сослуживцы подумали, что у Зелёного начали сдавать нервы.
Тинк молча указал на зеркало. Теперь и остальные ежи смогли узреть «невидимку». Раздались удивлённые возгласы. Не сговариваясь, воины начали окружать незнакомца. Ориентируясь по отражению, они медленно обступали место, где тот должен был стоять. Однако «невидимка» не дал взять себя в кольцо. Без труда сдвинув «приколотую» ступню, он рванул наутёк. Пробежал с десяток шагов вдоль стены и опрокинул массивный канделябр, создав препятствие на пути преследователей. Ежи обменялись изумлёнными взглядами.