В общем, итог этой схватки оставался весьма неоднозначным. Как и сложившаяся сейчас в Малахитах ситуация. Именно поэтому созерцание гобелена не только не отвлекало разглядывающего его гнома от тягостных дум, но даже наоборот заставляло всецело сосредоточиться на насущной проблеме. Тем более что гном этот был ни кем иным, как всебератором Черногномии Шпунтом Первым, а насущная проблема – набирающей обороты войной с Красногномой всеберией.
Всебератор тяжко вздохнул. Черногномия была совсем ещё молодой по гномьим меркам всеберией. Она была образована каких-то четыре-с-небольшим сотни лет назад. Шпунт даже успел застать её первого всебератора. И даже имел честь в детстве сидеть у него на коленях, так как тот был его родным дедушкой. При средней продолжительности гномьей жизни равной 300 лет, в этом не было ничего удивительного.
Шпунт даже не должен быть становиться всебератором, но его предшественник, и по совместительству старший брат, Гвоздь Третий погиб, не оставив наследника, пытаясь подавить троллий бунт в Диконедрах. Надо признать, Гвоздя Третьего, по прозвищу «Грозный», в Черногномии недолюбливали. Хотя тот и присоединил к всеберии немало новых недр, он был чрезмерно жестоким и воинственным монархом. Во время его правления то и дело вспыхивали гоблинские и тролльи бунты. Да и во многих кланах чёрных гномов происходили волнения разной степени интенсивности.
Хотя клан Стенобоев, к которому относился Шпунт, начал процесс завоевания недр к востоку от Черты уже давно, окончательно объединить под своим началом все черногномьи кланства удалось лишь тану Гвоздю (не тому, который Третий). Он же назвал свои владения Черногномией, и, на красногномий манер, провозгласил их «всеберией» (всё вберией и всех сберией). Так он стал первым всебератором, основателем династии Гвозденитов. В народе ему дали прозвище «Конкретный» (поначалу, правда, в шутку, но вскоре оно закрепилось).
Сын Гвоздя Первого – Гвоздь Второй (папа Шпунта) продолжил дело отца и присоединил к всеберии значительный кусок в виде недр населённых гоблинами и троллями. В последствии эти недра стали наместьями Нижний Гоблаг и Диконедры. Причём, осуществляя экспансию, он делал больший упор на торговлю и дипломатию, нежели на военную мощь. За это он снискал уважение не только среди чёрных гномов, но и даже среди коренного населения присоединённых наместий. А вместе с этим и прозвище «Мудрый».
Однако его старший сын – Гвоздь Третий своим напором и решимостью превзошёл даже дедушку! Огнём и секирой он расширил черногномские владения на верхне-востоке и даже сунулся в Лихонедрие (недра между Черногномией, Красногномой и Дракон-горой), но оттуда зарвавшегося завоевателя попёрли красногномьи войска при посильной поддержке местного населения в лице гномов-полукровок, в чьих жилах текла смешанная кровь чёрных и красных подгорцев.
Не то чтобы «рыжаки» сами хотели обосноваться в этом регионе (всё-таки иметь недровладение вблизи от угодий Хозяина Горы, не самая приятная перспектива, только Гвоздь Грозный мог до такого додуматься), но и мириться с выкрутасами распустившегося черногномьего всебератора в условно ничейных порубежных недрах они тоже не собирались. А вскоре после этого Гвоздь Третий был раздавлен Больдом Колодезным – предводителем тролльего востания в Диконедрах. Тогда-то всебератором и стал его младший брат – принц Шпунт.
Новый всебератор предпочёл бы пойти по стопам отца и управлять страной мирно, но был вынужден начать своё правление с подавления бушевавших в наместьях бунтов. И делал он это, пусть и без излишней кровожадности, но всё-таки довольно жёстко. Шпунту удалось заманить отряд Больда в засаду и даже взять большинство его членов живьём. Потом их, правда, всё равно приговорили к казни. Убийство всебератора, а тем более брата нового правителя, не тот проступок, который можно простить. Больда вместе с семью его соратниками приковали цепями к гранитным столбам на поверхности гор, и с первыми лучами Слепила приговорённые обратились в каменные статуи (тролли были подвержены тяжёлой форме «каменного недуга»). Позднее это место было названо Плато Статуй.
Прочие восстания также пришлось подавлять с помощью военной силы. Главной причиной этому был тот факт, что в культурах и троллей и гоблинов допускалось (если даже не приветствовалось) употребление в пищу гномьего мяса. Технически это даже не было каннибализмом, так как все эти народы принадлежали к разным биологическим видам. И некоторые повстанцы, во время бунтов, очень некстати об этом вспомнили. Позже Шпунт Первый приложил немало усилий для смягчения, установившегося при брате, режима, но тот факт, что его правление началось с крови, так и остался несмываемым пятном в его биографии.