Полторы осьмицы однообразной слежки – всё ради сегодняшней ночи! Чекан прислушался, надеясь уловить какие-нибудь звуки сражения. Лучше бы он сейчас был там, среди штурмующих! Лично бы наблюдал (и приближал) итог своих стараний. Но нееет! Командир зачем-то решил послушать одного синепузого злючина!
Уступ, на котором сейчас затаился Чекан, показался Горлохвату каким-то подозрительным. Чуйка у него, видите ли! А ещё в один из вечеров он вроде бы заметил тут какое-то непонятное движение. Небось местная рогато-копытная живность зелень щипала, а кобольд спросонья принял её за люда. Или даже вообще всё это выдумал, чтобы самому отсидеться «в засаде» на безопасном уступчике! С этого станется…
Склон впереди снова колыхнулся. На сей раз точно не показалось! Прямо в скале внезапно возникла широкая щель, из которой тут же высунулась чернявая голова. Копчёный опасливо осмотрелся и ненадолго замер, вслушиваясь в ночные звуки. После этого он расширил щель, просто отодвинув один её край руками, и вылез на уступ целиком. До Чекана только сейчас дошло, что там был тайный проход, задрапированный маскировочным пологом. «Вот это полотно! – даже восхитился про себя красный гном, – Я в шаге проходил и ничего не заметил».
Вслед за первым чернухом выбрался ещё один. Оба были одеты в грубую рабочую одежду. Явно не вояки. Вылезший вторым, не имея иного оружия, боязливо прижимал к груди обычный молоток.
– Куда теперь? – спросил он, озираясь.
– Куда хочешь, – раздражённо ответил его напарник, – Это запасный выход на случай задымления. Он ведёт наружу и дальше никуда. До войны его даже не завешивали.
– Ясно, не кипятись. Может ещё кого позовём? Вдвоём как-то боязно…
– Ты совсем дурной? Толпу рыжаки быстрее засекут. Ещё и время потеряем. Пусть лучше ржавых на себя отвлекают… Хотели бы сами смылись.
Последнюю фразу чернух произнёс чуть тише и, как показалось Чекану, с нотками стыда в голосе.
– Ладно, идё… – договорить дезертиру помешал арбалетный болт, вонзившийся в ухо.
Чернух как подкошенный рухнул к ногам пособника. Тот чуть свой молоток не выронил. С растущего на другой стороне уступа деревца бесшумной тенью спрыгнул Горлохват, вооружённый арбалетом. Рядом с ним зашевелилась мохнатая кочка – откинув присыпанную листьями гигантокрысью шкуру, встал лежавший под ней Соник. Чекан тоже поднялся на ноги, перехватив поудобней топор.
Глядя оставшемуся чернуху в глаза, Соник поднёс палец к губам. С перепугу дезертир повёл себя не вполне адекватно. Он замотал головой, глядя то на Соника с Горлохватом, то на Чекана. В какой-то момент его взгляд пал на убитого товарища. Взбудораженное сознание дало команду «Куси!» и подсказало, что один слабее двух. Занеся молоток над головой, чернух с диким воплем бросился на Чекана.
Парировать или уклоняться Чекан не стал, просто рубанул первым. Его оружие было длиннее, и не умудрённый боевым опытом противник не успел среагировать на удар. Выронив молоток, чернух упал навзничь.
– Надо было хоть одного в живых оставить, – огорчённо сказал подошедший Соник.
Чекан виновато развёл руками. Дескать, он ведь сам на меня кинулся. Соник тяжко вздохнул и кивнул в сторону «размаскированного» прохода. Держа оружие наготове, красногномцы подступили к пологу – вдруг из-за него ещё кто появится.
– Горлохват, ты зачем первого застрелил? – сухо спросил Соник.
– Так я это… промазал просто. Хотел предупредительный в ноги сделать. Не освоился ещё с новым оружием, – кобольд тряхнул черногномским арбалетом, «затрофееным» с убитого накануне охотника.
– Ну да, – скептически промолвил Соник, – Все же знают, что изделия чёрных гномов удобны, как двусторонний веник, и практичны, как оловянная сковородка. Странно, что он у тетя цел до сих пор.
– Это ж черногномское оружие, в нём нечему ломаться! Его куют из вагонеточной стали и злобы. А то что не особо ухватистое, так приноровиться ж можно.
– Приноравливайся быстрее либо выбрось, но что б больше такого не повторялось.
– Как скажешь, командир!
Несмотря на то, что его только что отчитали, Горлохват выглядел довольным. Очевидно, ликовал оттого, что именно его наблюдательность помогла обнаружить скрытый проход.