Помимо прибывшего из Мехнаря отряда, здесь было ещё несколько сотен рудоплавских рекрутов (точное количество назвать было трудно), не считая постоянного персонала лагеря. С некоторыми из них бывшим подмастерьям Винта даже удалось познакомиться. Тинк, например, уже знал по именам всех местных гоблинов. Этот народ составлял здесь явное меньшинство, так что не удивительно, что гоблины старались держаться друг за дружку. Резак же, к своему стыду, до сих пор не знал и половины гномов из Мехнаря. Ключ так и вовсе ни с кем, кроме друзей не общался. Пару раз, правда, его пригласили поиграть в кучу-валу, но поскольку, по непонятной причине, он постоянно выигрывал, больше его не звали.
Сотник Заградитень покинул лагерь уже на следующие сутки, после того, как привёл туда рекрутов. Вообще он хотел отправиться к линии фронта в ту же ночь, как узнал, что его родная Заграда захвачена. Его еле уговорили остаться хотя бы на день. Зато с самого раннего вечера он взял у местного командования седлача и ускакал в сторону Бугорского тракта, оставив рекрутов и все сопутствующие документы по ним на попечение лагерного начальства.
Местное командование, судя по всему, было не в восторге от такого количества вынужденно загостившихся иждивенцев, а потому активно привлекало рекрутов к различным работам по обустройству лагеря. За десяток ночей проведённых в Камне-на-Бороне рекруты успели перетаскать кучу мебели и других тяжестей, отштукатурить несколько стен и раз двадцать занимались приборкой территории. Зато, благодаря их труду, лагерь уже не так сильно напоминал бывший склад.
Тем же вечером, когда Ключ увидел сон о Сиртячуме, после завтрака его отправили драить ворота на входе в лагерь. Именно поэтому он первым заметил скачущего гонца. Гонец подъехал к лагерю, спрыгнул с седлача и стал неистово стучаться в ворота, хотя они и так были приоткрыты. Подошедший привратник выглянул в брешь между створок и спросил:
- Чего тарабанишь?
- Мне срочно нужно к вашему командованию, - важным тоном ответил гонец.
- Случилось что-то? – обеспокоенно спросил привратник.
- Пришёл приказ о начале подготовки к масштабному контрнаступлению. Всех новобранцев следует немедленно отправить на фронт.
- О как! – поразился привратник, тут же начав открывать ворота. Обернувшись при этом к Ключу, он сказал, - Готовься, родимый, скоро отправишься в путь.
«В путь, - мысленно повторил Ключ, вспоминая недавнее сновидение, - Кажется, я начинаю понимать, как это работает».
***
За последующие несколько суток все рекруты покинули Камень-на-Бороне. Каждую ночь в лагерь приходили новые офицеры, чтобы увести с собой отряд новобранцев в полсотни людов. Трое друзей не успели и глазом моргнуть, как оказались в разных отрядах. Времени на прощанья рекрутам не давали - после зачисления в отряд следовали спешные сборы и отправление. И вот спустя почти получетверть года (гномы вообще любили делить всё на восемь: год, осьмицу, черёды ночи и дня) Ключ, Тинк и Резак находились уже в разных точках западной оконечности Черногномии. За это время красногномские захватчики не успели далеко продвинуться, увязнув в Заграде, где их постоянно донимали черногномские отряды, навязывающие партизанскую войну.
Как и предрекал сотник, бывшие подмастерья Винта оказались в пехоте. Ещё в Камне-на-Бороне рекрутам выдали по две наплечных нашивке, которые они должны были пришить самостоятельно. На одной из них был изображён закрытый шлем, а на другой скрещенные секиры. Ещё им выдали по два подсумка, наподобие тех, что друзья впервые увидели у рекрутов из Дымноты. Это приобретение, к слову, понравилось им гораздо больше – теперь не нужно было тянуться за каждой мелочью в рюкзак.
Резак Куролес вместе со своим отрядом попал в гарнизон Крепостницы – старого (и одно время даже заброшенного) форта на границе Заграды и Киркотяпии. К его огорчению, вместе с ним там же оказался и Утюг Гаечник – здоровяк прикопавшийся к Ключу в мехнарском лагере. И хоть они и были с Резаком из одного города, громила не вызывал у Куролеса симпатии. Резак вообще был злопамятным. Эта черта была весьма свойственная представителям его клана. Но были и хорошие новости – в Крепостнице новобранцам наконец-то выдали доспех и оружие. Правда, качество брони вызывало сомнение.