- Кстати, на счёт финального отсева, старший… разве не расточительно, вот так запросто отбрасывать кадры, на подготовку которых ушло столько времени?
- Я же их не на плаху отравил, а в элитные гарнизоны, - пожав плечами, ответил Бур, - Так что их обучение не прошло бесцельно. Они теперь профессиональные бойцы и смогут сослужить всеберии хорошую службу. Но для отбора собственных подчинённых у меня особые критерии.
- Ну, совершили они одну ошибку, и что? – не сдавался Резак, - Это ведь единичный случай. Наверняка в другой раз, все они поступили бы иначе. Они же порядочные недровики. Взять, к примеру, Болта Гаечника…
- В ту же ночь, как ты оказался в Нычке, он донёс, что ты назвал меня странным, - словно между делом обмолвился Бур.
Резак запнулся на полуслове.
- Беру свои слова обратно, - сказал он после недолгой паузы.
- По поводу Болта или меня? – прищурившись, спросил Бур.
- Все!
- То-то же. После того доноса, я стал пристальней наблюдать за Болтом и пришёл к выводу, что он расчётлив и малодушен. В Нычку он попал за то, что после ожесточённого боя оказался единственным выжившим из своего отряда. И, кажется, я догадываюсь, каким образом это ему удалось.
- И каким же? – не понял Резак.
За сотника ответил, молчащий обычно, Зырк:
- Просто, когда все остаются рядом с раненым сослуживцем, он торопится быстрее попасть в лагерь. Либо в другое безопасное место.
Бур согласно кивнул, одобрительно посмотрев на гоблина.
- Старший, - обратился к нему Тинк, - А как в Нычку попал Чурп Шустрый? Просто, он какой-то… мутный.
- Так же как и большинство из вас, по рекомендации, - ответил Бур, почему-то помрачнев, - Только, если отбросить официально-формальную причину, то он был подослан вышестоящим командованием, для того чтобы следить за лагерем. И лично за мной в частности. Благо, у меня тоже есть кое-какие связи в военной верхушке, так что я узнал об этом заранее. Чурп – цепной.
- Кто? – не понял Тинк.
- Какие же вы всё-таки ещё малоопытные! – поморщившись, заявил Бур, - «Цепными» в армии называют представителей особого отдела, призванного следить за порядком в войсках. В него входят заслонительные отряды и штабные шпики. У них ещё шипастые ошейники на нашивках.
Резаку сразу вспомнился расследователь, навестивший его в лазарете Крепостницы. Ещё в памяти всплыл заслон-отряд, «поддерживавший» солдат в бою со Щитоносами. После этого у Резака к Чурпу исчезли даже крохи симпатии.
- Одни доносчики кругом, – проворчал он.
- Увы и ах! – поддержал его Бур, - Ну, так что ж, к счастью для меня, Шустрый благополучно провалил финальное испытание. Так что мне даже не пришлось специально искать предлога, под которым его можно было бы выгнать из Нычки. Но что-то мы с вами заболтались. Давайте, уже пойдём.
Команда продолжила путь к обещанному сюрпризу. Спустя какое-то время, не сбавляя шага, сотник снова обратился к своим подопечным:
- Стоит признаться, я не был до конца уверен, что удастся собрать команду из вашего десятка. Если честно, я даже набросал примерный список групп, которые должны были бы пройти испытание вслед за вами. Но пять из десяти это довольно хороший результат. Да и команда сформировалась на загляденье! Тут вам и стрелок, и два инженера, один из которых теперь мой заместитель, и лекарь, - перечисляя, Бур кивком указывал на кого-нибудь из подопечных, - В общем, полный комплект!
- Ого! Зырк, ты и вправду лекарь? – удивлённо спросил у гоблина Шпатель, - Нет, просто это немного странно. Мне казалось, что ты не любишь других людов.
- Только тех, кто пытается со мной заговаривать, - как всегда угрюмо ответил Зырк.
- А какая роль в отряде отведена мне? – поинтересовался Резак.
- Пока и сам не знаю, - честно признался Бур, - Там, на Бугорском тракте, когда ты первым распознал засаду, я увидел в тебе скрытый потенциал. Но я так и не понял, какими именно полезными навыками ты обладаешь. Так что ты уж постарайся оправдать мои ожидания. И, кстати, вот мы и пришли.
Глыбомер остановился перед массивной железной дверью. Повернувшись к своей команде, он торжественно возвестил:
- Достопочтимые ежи, представляю вам нашу главную оружейную!
***
Оказавшееся за железной дверью помещение имело мало общего с комнатой, в которой хранилось тренировочное оружие лагеря. В отличие от образцов из той оружейки, здесь всё было боевым и опасным. Само помещение представляло собой широкий коридор с вмурованными в потолок светогрибными фонарями. Вдоль его стен разместились стойки с оружием, от разнообразия которого разбегались глаза. Причём, судя по размерам и формам, далеко не всё оно было гномьим. Сотник повёл своих «ежей» по коридору, попутно тоном опытного экскурсовода рассказывая о наиболее любопытных экземплярах.