- Старший, ну кто же знал? С виду сталагмята, как сталагмята…
- Тебе бы тоже лучше помалкивать! – рявкнул на него Бур, - Я сейчас со своим дедом общался. Тот поучал меня, как правильно воевать. А ведь он умер, когда мне и десяти лет не было!
- А что, очень хитро с его стороны явиться к Вам именно так, - неожиданно для всех подключился Зырк, - Если полученные от него советы Вам помогут, то Вы будете знать, что душа предка присматривает за Вами, наставляя на правильный путь. Если же нет – какой может быть спрос с галлюцинации? Даже мёртвые не обязаны всего знать.
- Что за чушь ты несёшь? – раздражённо спросил Бур.
- Мне это вон тот камень минуль восемь назад сказал, - пожав плечами, ответил гоблин, - Правда, он говорил не конкретно про Вашего дедушку. Скорее про то, как различные духи могут выходить на связь с людами.
У услышавшего это Ключа в голове моментально всплыла фраза из сновидения, оброненная верховным кшатрием: «Если собеседник невидим для остальных, это ещё не значит, что к нему нельзя прислушиваться». Прокрутив в памяти минувший «разговор» с Горном, Гаечник припомнил ещё кое-что вероятно важное. Он быстро осмотрелся, ища взглядом временно позабытого всеми Ёршика. И как раз вовремя!
К, всё ещё дремавшему после психотропной похлёбки, шнырку медленно полз, похожий на меховое боа, зверь. Причём, судя по хищному оскалу, намерения у того были совсем не добрые. Ключ бросился наперерез мохнатому агрессору и со всей силы пнул того сапогом. Ползучий хищник отлетел вглубь пещеры, оглашая окрестности громким шипением. Все разговоры между ежами тут же стихли. Обеспокоенный Зырк подбежал к Ёршику и бережно взял его на руки.
- Едрит-гранит! Что это за тварь была? – нарушил своё покаянное молчание Шпатель.
- Одна хищная зверюга, - ответил ему Бур без былого гнева в голосе, - Я слышал, что подобные ей водятся в недрах нижне-западных кланств. Правда, сам таких ещё ни разу не видел. Кажется, Катакомбари зовут их ползухами.
[1] Шламоотвал – место сброса отходов горнопромышленного или химического производства.
Глава 11. Уровень Вострита
Разум – понятие, придуманное человеками и связанное с образом мышления. Имеет несколько толкований:
1) Абстрактный показатель, выявляющий насколько образ мыслей и поведение того или иного существа сходны с человеческими. В силу «размытости» данного понятия, из-за отсутствия точных критериев оценки, грань между «разумным существом» и просто «умным животным» крайне тонка. В истории Пёстрого Света были казусы, когда животные, легко подающиеся дрессировке и умеющие эмитировать людскую речь, признавались разумными. В то же время «дикие» народы, отказывавшиеся принимать культуру «цивилизованных» соседей, низводились до зверей. По всей видимости, человекам скучно общаться только со своими сонародниками, потому как они постоянно пытаются отыскать разумную жизнь везде, где это только возможно.
2) Способность принимать адекватные решения. Данное толкование термина подразумевает, что даже разумное существо может совершать неразумные поступки.
Исходя из всего вышеописанного, лишь одно о разуме можно сказать наверняка: разумность людов, в её известном понимании, существует только в сознании самих людов…
«Толковый словарь Черногномии» Свая Глыбомер.
Уже больше черёда ежи шли по извилистому наклонному туннелю. Отряд продвигался всё глубже и глубже, но пока что, дремавший на плече у Зырка, Ёршик не проявлял никакого беспокойства. Обнадёженный этим фактом, Бур также был совершенно спокоен и вёл своих подопечных вперёд без всякого опасения.
- Ну, ты, конечно, великий кулинар, - шёпотом, чтобы не услышал идущий впереди сотник, сказал Шпателю Резак, - Когда передо мной появился мелкий фиолетовый тролль, я неслабо так испугался за своё душевное здоровье.
- Ой, да ладно тебе! Чего уж тут страшного? – так же тихо отозвался Кирпичник, - Помню, как-то раз кровеносный сосуд в пищеводе лопнул и меня рвало красными сгустками. Вот тогда я знатно за своё здоровье перетрухал! Думал уж, поди, нутряную проказу подцепил. Ну, а моя похлёбка даже изжоги ни у кого не вызвала.
- Вот и я о том же. Сварить психотропные грибы так, чтобы и вкусно вышло, и видения потом яркие получились, это же целое искусство! – съехидничал Резак.