Пока кот ходил по своим делам, я в очередной раз обследовал состояние своего организма. Все-таки мне удивительно повезло иметь столь необычного домашнего питомца. Без него, моих запасов энергии хватило бы разве только на восстановление зубов. М-да, хорошо, когда энергии под рукой немеряные объемы, а в условиях тотального её дефицита без такого живого «трансформатора», как без рук. И еще один интересующий меня момент. Откуда Муся раздобыла необходимый для своего излечения объем энергии? Вполне вероятно, её организм способен каким-то непостижимым образом усваивать слабые эманации, исходящие от воды. Не зря же она частенько шастает вдоль берега Вятки или озера. Скорее всего, именно так и обстоят дела, иного объяснения у меня нет.
От размышлений о природе кошачьей магии меня отвлек лохматый целитель. Он по-хозяйски взгромоздился на меня, какое-то время топтался по животу мягкими лапками, периодически выпуская острые коготки. Наконец успокоился и прилег мне на грудь, урча, что тот трактор.
Подробно описывать процесс очистки внутренних органов от разного рода конкрементов а также их последующей регенерации не стану, поскольку процедура не очень эстетичная и малоаппетитная. Отмечу, что процесс занял пару часов. Затем следовал поход по известному маршруту — туалет, летний душ, кухня.
После всех выше описанных действий мой запас магической энергии сократился до десяти процентов от изначального. Отличный результат. Последнее, что я сделал вчера, направил живительную волну на восстановление зрения и слуха. После чего от усталости не физической, скорее психологического свойства буквально провалился в темный бездонный колодец.
Как уже упоминалось, из состояния блаженного сна меня буквально выдернул своим криком бдительный Чубайс. И вот я сижу на полу и внимательно рассматриваю свисающую с потолка колышущуюся пелену непроницаемого мрака, состоящую из бесчисленного количества тончайших щупальцев. Контакт тела человека с любой из этих ниточек вызовет мощный выброс структурированной магической энергии в сторону несчастного. А потом наступит его смерть. Не сразу, разумеется. Всякий живой организм имеет свойство к сопротивлению даже самым сильным проклятиям — это ведь не магия огня, сжигающая все вокруг эпицентра приложения в доли секунды. Однако долго сопротивляться действию заклинания высшего порядка даже самое стойкое и тренированное тело не способно. Вот такие пирожки с котятами.
И все-таки, когда основная стадия моего испуга прошла, включились мозги. Да, передо мной крайне опасная для нынешней моей телесной оболочки хрень. Но в этом малоприспособленном пока что для волшбы теле обитает дух одного из величайших некромантов Тантора. Для Илема Этанарского эта мрачная вуаль всего лишь приличный запас магической энергии. Желанной некроэнергии, кстати. Будь она не структурирована в опасный колдовской конструкт, а просто витала бы в комнате, забрать её и упаковать в виде нейтральной энергетической субстанции в моем внутреннем хранилище было бы плевым делом. Подобную процедуру в теле деда Трофима мне уже удавалось выполнять несколько раз. Даже манипулировать чарами, наполняя эктоплазмой сохранившиеся в превосходном состоянии информационные матрицы пяти зомбаков и предавая ей видимость живой плоти. Также я с легкостью развеял одного из них. То есть тело пожилого аборигена оказалось вполне приспособлено к манипуляциям потоками Силы.
По большому счету, некромантов неправильно называть Темными. По цвету энергии мы, скорее, серые, даже серебристые. А вот Светлых правильно именовать Радужными — то еще сообщество ЛГБТ, пидоры паскудные, ненавижу их. Не, в натуре, Светляки по большей части, склонны к однополой любви и прочим сексуальным извращениям с животными, даже с химерами. Так называемые Темные исключительно гетеросексуальны. То, что мы полигамны, так коль средства и состояние здоровья позволяют иметь гарем, почему бы его не иметь? Впрочем, об этой стороне жизни магов поговорим как-нибудь в другой раз. Пока что передо мной много энергии, структурированной в убойное проклятье, а в голове ворох мыслей, каким образом наиболее безопасно её оттуда изъять.
Поднявшись на ноги, сказал коту вполне спокойным голосом, чтобы не напугать до усрачки: