И Дима какой вдруг стал оживленный!.. Как он весел и какими восторженными глазами смотрит на эту женщину!
Но эта Сирена ошибается, воображая, что Дима будет ее покорным рабом. И Дима напрасно думает, что можно так легко играть с любовью женщины, преданной ему на всю жизнь.
Она еще поборется и без борьбы никому не уступит Димы.
И надо было этому увертливому и лукавому Родзянскому знакомить Диму с Сиреной.
«Подлец этакий!» — мысленно назвала она Родзянского.
В эту самую минуту Варвара Алексеевна увидала, что Сирена с Овериным и Родзянским приближаются к ней.
«Идет знакомиться!» — подумала она.
И мгновенно приняла вид светской, милой женщины. Ее хорошенькое личико сияло улыбкой и в глазах появилось необыкновенно ласковое выражение, точно она готовилась встретить самого милого друга, а не заклятого врага, каким уже считала Сирену.
IX
Родзянский познакомил дам.
Варвара Алексеевна, к радостному изумлению Оверина, встретила Сирену очень приветливо, выразив, что непременно желала познакомиться с ней. Она отодвинулась, чтобы дать Марианне Николаевне место между собой и какою-то дамой и не пустить Диму сесть около Сирены, и была необыкновенно мила, любезна и оживлена.
Словно бы задавшись целью очаровать новую знакомую, она старалась показать себя с самой лучшей стороны, и действительно понравилась Сирене и своею простотой, и сердечностью, и умом, и серьезными взглядами на жизнь, и тою общественною жилкой, которая сказывалась в ее суждениях.
Не прошло и десяти минут, как обе дамы вели интимный разговор, совсем не похожий на дамскую болтовню. Варвара Алексеевна, поборница женских прав, рассказывала о положении женщин, возмущенная их бесправием, и, между прочим, передавала о тех робких попытках, которые делаются русскими женщинами в Петербурге и Москве, о женском клубе, о медицинском институте.
И Марианна Николаевна, тоже, по видимому, сочувствующая стремлениям женщин к независимости, слушала Варвару Алексеевну с удовольствием, сама говорила с увлечением и искренностью и не думала, казалось, уходить от Вавочки, заинтересованная ею, и не обращала никакого внимания на Оверина и Родзянского. Они сперва стояли около дам и пробовали перевести разговор на другую тему, но это им не удалось, и они стали ходить по палубе.
— Однако, ловко! — рассмеялся, повторяя любимое свое словечко, Оверин.
— Что ловко? — спросил Родзянский.
— Да Варвара Алексеевна, говорю, — ловко отбила от нас Марианну Николаевну.
— И, кажется, очаровала Сирену… Теперь до самого обеда они не разойдутся.
— И нужно было вам их знакомить! К чему?
— Обе дамы этого желали! — уклончиво заметил, улыбаясь, Родзянский. — А вы разве недовольны, если они подружатся? Что-то на это похоже… Я, признаться, не ожидал такого результата. Обыкновенно две хорошенькие женщины, — что два медведя в берлоге…
— Ну, очарована ли Варвара Алексеевна Сиреной — это еще вопрос! — засмеялся Оверин.
— Усложняется положение, Дмитрий Сергеич?
— То-то усложняется… А, впрочем, мне все равно… Наплевать! — как-то решительно проговорил Оверин.
— Будете из Алупки в Ялту ездить?
— Обязательно.
— И каждый день?
— Если Марианна Николаевна позволит, то каждый день.
— И вместе с Варварой Алексеевной?
— Да ну вас!.. И без того напутали этим знакомством и еще дразните! Глядите, и свита вся удрученная бродит! — рассмеялся Оверин.
Действительно, и Завистовский, и инженер, и мичман меланхолически разгуливали по палубе, бросая унылые взгляды на разговаривающих дам.
А они и не думали прекращать беседы. Напротив, она, казалось, приняла интимный характер и велась в пол-голоса.
Оверин заметил, что Вавочка весела, спокойна и словно бы торжествует.
«Ужели Вавочке понравилась Сирена? Ужели она не ревнует к ней?» — думал Оверин.
Действительно, Сирена понравилась Вавочке. Хотя она была на стороже, но уж не смотрела на Сирену, как на врага, после того, как та осторожно успокоила подозрения Вавочки на счет своего коварства и желания увлекать мужчин.
Еще приятнее ей было узнать, что, по всем вероятиям, в июне к ней приедет муж.
И отзыв ее об Оверине на вопрос Вавочки, понравился ли он ей, не внушал ей обычных подозрений.
Сирена просто ответила, что Оверин ей очень понравился, как умный и талантливый человек, которого интересно послушать, но только и всего.
— Говорят, он очень нравится женщинам? — заметила Варвара Алексеевна, желая узнать мнение Сирены о красоте Димы и не догадываясь, что Марианна Николаевна знает об их близости.