Глава 16
Последняя карта
Время шло, но никаких глобальных событий в регионе не происходило. Русская армия в Крыму наконец-то ликвидировала последний вражеский плацдарм в Балаклаве. Помог этому ураган, пронесшийся над Черным морем в ноябре. Силы противника понесли при этом большой ущерб, что сделало господ европейцев более договороспособными. Блокированные остатки английских войск капитулировали. В плен сдалось более десяти тысяч крайне изможденных и оборванных людей, мало похожих на солдат и матросов Ее Величества королевы Великобритании. С остатками французского контингента получилось еще хуже. С приходом французов в Балаклаву англичане быстро нашли крайних в создавшейся ситуации. Застарелая вражда вспыхнула снова, и в стихийно возникшей стычке многие французы были перебиты. А уцелевшие, не захотев и дальше испытывать судьбу, бежали прямо на позиции русской армии, стремясь поскорее попасть в плен. После их рассказа о плачевном состоянии дел у англичан было принято решение об ударе по Балаклаве с моря и с суши. Но до стрельбы даже не дошло. Когда ко входу в Балаклавскую бухту подошел Черноморский флот, а с суши расположились батареи полевой артиллерии вместе с изготовившимися к атаке войсками, англичане первыми выслали парламентеров с предложением о сдаче. Как позже выяснилось, лорд Раглан сделал это вынужденно. Поскольку верные люди ему донесли, что если только он попытается геройствовать, то его убьют свои же солдаты. Люди озлоблены и доведены до крайности. И погибать непонятно ради чего не хотят.
Так бесславно закончилась крымская авантюра Англии и Франции. Правда, оставались еще разрозненные турецкие части, укрывшиеся в горах, но добить их дело времени. Лишившись поддержки со стороны крымских татар, они долго не протянут. А за татар наконец взялись всерьез. Кто-то наверху понял, какую мину замедленного действия держали в Крыму столько лет. Поэтому со всеми, кто запятнал себя сотрудничеством с врагом, не церемонились. Малейшие попытки сопротивления в татарских селах немедленно пресекались силой оружия, не обращая внимания на пол и возраст. В Российской Империи XIX века еще не знали таких слов, как толерантность, политкорректность, общечеловеческие ценности и прочие благоглупости. Сейчас ты либо верноподданный российского императора, либо враг. Других вариантов нет.
Также активизировались действия нашей армии на Кавказе. Турки понесли ряд тяжелых поражений, потеряли крепость Баязет, и продолжали отходить, неся большие потери. А лишившись подвоза снабжения морем, турецкая армия практически утратила боеспособность. Временами отступление турок превращалось в паническое бегство. Именно благодаря этому русские войска внезапным ударом взяли Карс, после чего продолжили наступление на Батум. Остановить их было некому. Англия и Франция, усиленно подталкивавшие Турцию к войне с Россией, на деле ничем не смогли ей помочь.
В середине ноября 1854 года пал Батум. Турецкий гарнизон бежал. Дорога вглубь Анатолии была открыта. Разрозненные и деморализованные остатки некогда многочисленной турецкой армии, вторгнувшейся на Кавказ, не могли сдержать наступление русских. На наших западных границах стояла тишина. Пруссия, Швеция и Австрия реально смотрели на вещи, и не горели желанием влезать в эту войну, несмотря на титанические усилия английских и французских дипломатов добиться обратного. В Европе знали, что в Крыму Россия держит очень небольшие силы. Которые, тем не менее, успешно противостоят армии коалиции. А большое количество русских войск на западных границах, и катастрофические провалы Англии и Франции на Балтике и в Черном море, заставляли европейские страны проявлять благоразумие. Даже Австрию, которая в начале боевых действий сильно возбудилась, и ввела свои войска в Молдавию и Валахию после того, как их покинули русские. Теперь же Австрия сидела тихо, как мышь под метлой, боясь неосторожными телодвижениями вызвать недовольство своего восточного соседа, который оказался не так слаб, как ожидалось.
Все шло к тому, что очередной «крестовый поход» Европы на Россию закончится вничью. Англия и Франция не добились даже малой части своих целей, понеся при этом огромные потери. А судьба Турции никого в Европе не интересовала. Мало ли ее до этого били? Разом больше, разом меньше… Для турок проигрывать войны уже стало традицией. В случае поражения Турции в Константинополе появится новый султан, а сама Турция еще больше ужмется в размерах. Только и всего.
Но ничья для России была фактически поражением для Англии и Франции. Слишком громко они бряцали оружием летом 1854 года. И теперь убраться не солоно хлебавши из Черного моря, бросив Турцию на произвол судьбы, было равносильно краху всей их внешней политики в Европе за последние четыре десятка лет. В Англии и Франции росло недовольство общественного мнения. Наполеон Третий уже много раз пожалел, что ввязался в эту авантюру, казавшуюся поначалу такой простой и беспроигрышной. Он понимал, что сидит на бочке с порохом, держа в руках зажженный факел. Французы очень недовольны «новым Наполеоном». От которого, кроме проблем, ничего нет. Не лучше ситуация была и в Лондоне. Королева Виктория пригрозила премьер-министру, что может воспользоваться своим правом, и разогнать это сборище политических болтунов, именуемых кабинетом министров. Которые мало того, что своими бездумными действиями ввергли Британию в огромные расходы, так еще и поставили страну на грань поражения. И это не говоря о гибели большого числа британских подданных без какого-либо успеха. Таких провалов в политике Британия давно не знала. И это заставило Лондон и Париж действовать.