Со временем появилась другая проблема. Модифицированный организм человека из мира высоких технологий старел гораздо медленнее, чем окружавшие его аборигены. Если внешность еще удавалось корректировать с помощью медицинской аппаратуры на базе, «добавляя» возраст, но нельзя было это делать до бесконечности. И в конце концов настал момент, когда Петр Бутов должен был исчезнуть.
Операцию со сменой личины он разработал заранее. Старик Петр Бутов уехал по делам в Северо Американские Соединенные Штаты, вернуться откуда ему было не суждено. Вместо него приехал его сын, Иван Петрович Бутов, родившийся в Новом Свете, и проживавший там долгое время. Все необходимые бумаги были в наличии, и сам «отец» Бутов перед отъездом оставил соответствующие распоряжения. Произошло это вскоре после восстания декабристов, и никому не было дела до прибывшего из Америки молодого человека. Который никаким боком не мог участвовать в заговоре.
Началось царствование Николая Павловича. Бутов, теперь Иван Петрович, снова не лез в высший свет и в политику, продолжая дело своего «отца». Верные люди у него были, как и прикормленные чиновники, поэтому никаких особых проблем не ожидалось. Он окончательно убедился, что их бросили в этой «кальке», обрубив все концы. И ждать прибытия спасательной экспедиции от «фармацевтической компании» бессмысленно. Там если и пришлют, то команду ликвидаторов, чтобы подчистить все следы.
Гром грянул весной 1850 года, когда на орбите планеты появился автоматический разведывательный корабль Российской Империи из его мира. То, что это автоматический разведчик без экипажа, как и его национальная принадлежность, выяснилось несколько позже. А поначалу Бутов здорово струхнул, подумав, что полиция все-таки напала на след. Но дни шли, корабль оставался на орбите, а поверхность планеты обшаривали дроны, что делало невозможными полеты на глайдере. Но это были еще не все неприятности. С появлением посторонних искин базы перешел в автономный режим и больше не выходил на связь. Обнаружить базу с воздуха было невозможно, все виды излучения надежно экранировались. Требовалась высадка десанта, и то надо было знать, где искать. В связи с потерей доступа к базе возможности Бутова сильно уменьшились. Конечно, он обустроил на должном уровне свою собственную мини-базу в усадьбе, но… Это была одна из статей протокола, которую временному координатору так и не удалось отменить. Он мог проникнуть на территорию базы и получить полный доступ к ее оборудованию, как и раньше. Но только лично. Никакие виды дальней связи не допускались. Отправка дрона в автоматическом режиме тоже запрещалась. Даже самого малогабаритного. А поскольку база находилась в Юго-Восточной Азии, в диких тропических джунглях, а временный координатор в своей усадьбе неподалеку от Петербурга, добраться до базы было несколько проблематично. В довершение неприятностей неподалеку установили приводной радиомаяк, периодически обменивавшийся сигналами с оставшимся на орбите кораблем и разведывательными дронами, первое время не оставлявшими планету без внимания. Но даже когда их активность сошла на нет, использовать глайдер было опасно. Гражданская модель, обладающая хорошей защитой и скрытностью от взглядов аборигенов, не обладала никаким уровнем скрытности от военных поисковых систем из его родного мира. Поэтому могла быть легко обнаружена аппаратурой маяка. Рисковать засыпаться по-глупому совершенно не хотелось. И Бутов стал искать выход из создавшейся ситуации.
Первым делом прекратил какую-бы то ни было работу аппаратуры связи на излучение. Поскольку база перешла в режим радиомолчания, а других абонентов у «робинзона-поневоле» не было, это проблем не вызвало. Совсем другое — работа аппаратуры контроля близлежащей территории. Если раньше Бутов совершенно не скрываясь получал информацию от выставленных на его земле датчиков в режиме реального времени, то теперь использовать такой режим было чревато. Аппаратура маяка вполне могла засечь сигналы искусственного происхождения. После чего правильные выводы сделать нетрудно. И дернул же черт этих вояк установить здесь свою «железяку»! По прямой от маяка до его дома чуть больше десяти километров. А датчиков контроля в лесу натыкано — мама не горюй! Раньше это было очень удобно, поскольку позволяло наблюдать за окружающей обстановкой. И вовремя принимать меры как против нерадивых пейзан, решивших заняться незаконной вырубкой леса, так и против лихих людишек, вздумавших разбойничать на тракте, проходящем через его землю. Интенсивный двусторонний обмен в эфире системы контроля никем не обнаруживался. Теперь пришлось от этого отказаться. Как уменьшить количество датчиков с камерами визуального наблюдения, так и полностью перейти на режим снятия информации «вручную», то есть без выхода в эфир. Приходилось обходить на своих двоих все места, где установлена аппаратура контроля, и считывать накопившуюся информацию с помощью сигнала пониженной мощности, полностью терявшегося среди природных помех уже на расстоянии порядка двухсот метров. Можно было уменьшить мощность сигнала еще больше, но в этом не было необходимости. Маяк находился за пределами зоны действия сигнала от ближайшего датчика. Сами датчики имели небольшие размеры и были полностью автономны, мобильны и замаскированы под местную живность — птиц и летучих мышей. Поэтому в случае опасности могли быстро покинуть данное место, не привлекая внимания аборигенов. Данная система хорошо себя зарекомендовала на других аграрных планетах, и имелась в наличии на базе. Хотя почему-то ее не задействовали. Вот Бутов и решил исправить ситуацию, организовав надежное наблюдение за своей территорией. Пока не появились соглядатаи, все работало в автоматическом режиме. Теперь же пришлось объезжать свои владения для считывания накопившейся информации, что создавало определенные неудобства. Но у других помещиков и такого не было.