Выслушав заливающегося соловьем гостя, «приземляю» его всего лишь одной фразой.
— Господин Нордин, а з а ч е м мне это надо?
— Что именно, Ваше Императорское Величество?
— Ну, вот все это, о чем Вы говорили. Чтобы в дальнейшем у нас не было недопонимания, давайте сразу уточним суть вещей. Зачем нам шведское железо? Русское железо ничуть не хуже. Аланд это хорошо показал. Беспрепятственный выход из Балтики? А что, кто-то собирается нам его закрыть? Если этот кто-то решит совершить такую глупость, то мы приведем убедительные доводы, чтобы опять открыл. Породниться со шведским королевским домом Бернадотов? Я очень уважаю род Бернадотов, но я р у с с к а я. И мои наследники тоже будут р у с с к и м и. Хватит с нас близкородственных браков, практикующихся во всех дворах Европы, и ведущих к вырождению династий. Судьба Габсбургов Вам ни о чем не говорит? Поэтому ни о каком заморском принце в качестве моего будущего мужа не может быть и речи. Я сочетаюсь законным браком только с одним из своих подданных, когда придет время.
— Но как⁈ Ваше Императорское Величество… Ведь это не признают ни в одной стране!
— Вы хотели сказать, ни в одной стране Европы? А сейчас нас сильно там признают? Например, в Англии, во Франции, или в Сардинии, которые воюют с нами? Какое мне дело до признания врагом? Вы думаете, что я не в курсе относительно намерений Пруссии, Австрии, Дании, да и, что греха таить, Швеции в начале войны? Вы думаете, что для меня имеет значение признание Голландии и Бельгии, этих прирожденных торгашей? Которые ради барыша признают что угодно, и кого угодно? Вы думаете, что меня волнует признание Испании и Португалии, этих нищих европейских банкротов? Которые, как и Голландия с Бельгией, за приличный куш признают что угодно, и кого угодно? Вы думаете, что меня волнует признание Баварии, Саксонии, Вюртемберга и кучи германских герцогств, каждое из которых в несколько раз меньше любой российской губернии? Пожалуйста, могут не признавать. Да только, и о выгодной торговле с Россией в этом случае могут забыть. Но с теми, кто ставит здравый смысл выше своих аристократических амбиций, мы будем сотрудничать. И Вы правы, эту войну надо заканчивать. Но закончим мы ее на н а ш и х условиях. Так и передайте это тем, кто Вас послал…
Когда раздосадованный посланник ушел, я довольно улыбнулся. Непривычны господа европеи к такому поведению российских монархов. Ничего, то ли еще будет ой-ё-ёй! Вы у меня в очереди за м о и м признанием стоять будете…
Неожиданно пришел вызов Ганса.
— Командир, не занят?
— Ганс, чертяка, что так долго⁈
— Раньше не получилось. Три дрона наверху висели, пришлось на малых высотах крадучись уходить. Но обошлось, не заметили.
— Ганс, не томи! Как все прошло?
— Все отлично, Командир! Вход в Босфор наш. Теперь ни одна тварь в Черное море не проскользнет.
— А как «Ростислав» себя показал?
— Это надо от начала и до конца в спокойной обстановке смотреть. Потерпи, я скоро буду. Одно могу сказать — идея себя оправдала.
Такое «кино», действительно, надо смотреть в спокойной обстановке. АДМ использует режим мимикрии, поэтому влетевшего в открытое окно Ганса никто с улицы не увидел. Быстро прячу его за лифом платья и покидаю рабочий кабинет. Хватит на сегодня государственных дел. Визитеры из Европы закончились, а с прочей текучкой и без меня управятся. Отдав нужные распоряжения, с чувством выполненного долга удаляюсь на отдых. В конце концов, я хоть и императрица, но пока еще несовершеннолетняя. И могу устать от назойливых «миротворцев», чтоб им пусто было.