— Возводят укрепления вокруг города. Видно, все же возымел действие твой разговор с Корниловым. Начали готовиться гораздо раньше, и уже много сделано. Но флот стоит. Правда, для него сейчас и ветер неблагоприятный для выхода. Не сбрасывай это со счетов.
— Ганс, это отговорки Меншикова. Если н а д о, то можно и на буксире парусные линейные корабли и фрегаты в море вывести. В его распоряжении в Севастополе, насколько мне известно, было девять пароходов. Семь наших и два трофейных, что мы привели из Синопа. Но князюшка н и ч е г о не сделал. А сейчас еще и на «Пересыпь» лапу наложил. Так что, все разговоры о неблагоприятном ветре, это в пользу бедных.
— Согласен. Так куда теперь? В Евпаторию?
— Давай в Евпаторию. Только иди над побережьем и проверь, что возле Альмы творится. Похоже, опять там заваруха будет.
— Принято!
Пока Ганс проводит авиаразведку, подытожим, что у нас в сухом остатке. Флот коалиции на Черном море с момента вступления в войну Англии и Франции лишился трех винтовых линейных кораблей, семнадцати пароходофрегатов (причем четыре достались нам, хоть и в поврежденном виде), двух парусных линейных кораблей и пяти парусных фрегатов. Плюс много разной мелочи. По сравнению с историей моего прежнего мира — колоссальный успех! Да только, оставшийся объединенный флот противника все равно численно превосходит Черноморский флот. И это не считая того, что скоро в Черном море могут появиться три французских «утюга» — плавучие броненосные батареи типа «Девастасьон». После Аландского разгрома французы очень возбудились, и ведут достройку этого «чуда» французского кораблестроения ускоренными темпами. Удастся ли моим подводным диверсантам уничтожить всех троих на рейде Константинополя — большой вопрос. На всякий случай, нужно быть готовым к тому, что как минимум один из этой троицы здесь все же появятся. А против его брони и наши «давыдовки» бессильны. Поэтому вся надежда только на атаку минных катеров ночью на якорной стоянке. Атаковать на ходу — мало шансов попасть в цель. Хотя… Если дать залп веером из восьми мин, то одна может и попасть. А больше и не надо. И с учетом того, что мины после пробега всей дистанции не тонут, их можно выловить, зарядить аккумуляторную батарею по новой, и использовать повторно. А что, это мысль! Как-то раньше об этом не подумал. Привык к тому, что торпеда после пуска потеряна для ее носителя независимо от того, попадет она в цель, или нет. Но сейчас ближайшая задача — еще больше сократить поголовье тех, кто стоит на рейде Евпатории. Может хоть после этого его светлость сподобится начать активные действия на море.
Вскоре пришел следующий вызов от Ганса.
— Командир, наши зарубежные «партнеры» время даром не теряют! Ведут разведку побережья. Уже дошли до устья Качи. Возле устья Альмы тоже что-то затевают. На левом берегу Альмы замечены наши войска.
— Понятно, Ганс. Давай, двигай к Евпатории. Посмотри, как идет высадка. И оставайся там. Как стемнеет, мы подойдем.
— Принято!
В общем-то, пока что больших различий с историей моего мира нет. Тогда англичане и французы тоже проводили разведку побережья, и после окончания высадки флот сместился южнее, к мысу Лукулл. Как раз неподалеку от устья Альмы. Но как станет развиваться ситуация сейчас, неизвестно. Численность десанта мы хорошо сократили. Возможно, сейчас численного преимущества на суше у войск Антанты не будет. В прошлый раз флот оказывал поддержку французам с приморского фланга, подойдя очень близко к берегу. Сейчас это тоже под большим вопросом. Так что, расклад перед сражением на Альме может получиться в нашу пользу. Но не будем торопить события.
Cледующий доклад от Ганса прояснил ситуацию.
— Командир, в Евпатории интересные дела творятся. Все военные корабли снялись с якоря и крейсируют в море в шести милях от берега. Там, где они стояли раньше, два парохода пытаются тралить мины тросом. «Купцы» с десантом стоят на месте, продолжают высадку.
— Много уже выгрузилось?
— Тысяч десять будет. Или тебе нужно точное количество?
— Не надо, и так сойдет. А наши войска вокруг города есть?
— Нет. Только отдельные казачьи разъезды. Ведут разведку.
— Понятно… Значит так, Ганс. Остаешься в районе Евпатории, следишь за обстановкой. Как стемнеет, мы подойдем. Возможно, они все же встанут на якорь где-то в другом месте. И у нас будет шанс еще на одну неожиданную атаку.
— Думаешь, они опять так глупо подставятся?
— Не исключено. Если они считают, что это были либо якорные мины Якоби, либо донные мины с системой подрыва с берега по проводам, то вряд ли опасаются их в случайно выбранном месте для якорной стоянки. Если минирование рейда возле порта логично и обоснованно, поскольку туда обязательно кто-то придет, то вот заминировать все побережье Крыма, — у нас такого количества мин нет. И они об этом знают. Поэтому где-то все равно встанут на якорь.