— Согласен. Хорошо, ждем темноты.
Все же великая вещь — авиаразведка! Да еще такими средствами, как Ганс. Он транслировал мне запись в режиме реального времени с высоты порядка пятисот метров, маркируя опознанные цели. Но хорошего было мало. Выгрузка войск и военного снаряжения шла безостановочно, а главные силы флота противника не стояли на месте, все время перемещаясь. Если они не встанут на якорь, то успешная атака под вопросом. Но не будут же англичане и французы «водить хоровод» до бесконечности. Когда сухопутная армия коалиции выдвинется к Альме, флот заранее подойдет к мысу Лукулл, чтобы оказать огневую поддержку с фланга. Вот там и постараемся его достать.
День прошел спокойно, но вечером меня ждал облом. Ганс весь день наблюдал за перемещениями противника и сообщил, что становиться на якорь англичане и французы, похоже, не собираются. Эскадра все также ходила переменными галсами неподалеку от Евпатории, но возвращаться на рейд не спешила. Хотя, «разминирование» там было уже закончено. Сколько не искали англичане мины, так и не нашли. Вообще трудно найти то, чего нет. Но они-то сами себя убедили в обратном. Вот и думали, что делать дальше. Когда окончательно стемнело, решил все же подойти поближе. А то, экипаж не поймет наших маневров. То «густо», то «пусто». Вот и надо дать понять людям, что атака катеров пока что невозможна.
Мы лежали в дрейфе без огней и разглядывали вражеские корабли. Весь командный состав собрался на мостике. Остальные наблюдали с палубы. Рядом слышались огорченные возгласы.
— Эх, не получится пока мины применить…
— А может рискнем, Юрий Александрович?
— Увы, господа. В такой ситуации мало того, что попасть сложно, так еще и велик риск обнаружения катеров, поскольку придется подходить очень близко. И мы сразу же себя раскроем. А пока у нас есть преимущество. Неприятель не догадывается, от чего произошли взрывы.
— Но как так, Юрий Александрович⁈ Семь уничтоженных минами кораблей, и не догадывается⁈
— Да, не догадывается. Судя по тому, что мы сейчас видим. Первый вопрос на сообразительность, господа. Представьте себя на месте адмиралов Дандаса и Гамелена. Произошли взрывы на рейде, что привело к затоплению семи кораблей. Причем возле одного линейного корабля было два взрыва. И после серии взрывов, продолжавшихся от силы пара минут, все стихло. Что подумают в первую очередь Дандас и Гамелен?
— Подумают, что это мины…
— Вот именно. Подумают, что коварные русские заминировали рейд Евпатории. Поскольку пронюхали, что именно здесь намечается высадка десанта. Почему было всего восемь взрывов, и почему мины сработали не сразу? Так может их мало было. Или часть не сработала. А почему взорвались не сразу, и почти одновременно? Может их с помощью электричества по проводам подорвали. Или еще как. От коварных московитов можно любой пакости ждать. Ведь они не хотят воевать по правилам, принятым в цивилизованной Европе. Возможно такое?
— Да, возможно.
— Теперь второй вопрос. Заподозрив, что рейд заминирован, что предпримут Дандас и Гамелен?
— Как можно скорее его покинут. Вдруг, еще где мины взорвутся.
— Правильно! Что мы сейчас и наблюдаем. Эскадра вышла в море, но далеко от рейда не удаляется. Охраняет от возможной атаки Черноморского флота «купцов», которые еще не закончили выгрузку войск и снаряжения. На «купцов» Дандасу и Гамелену наплевать. Даже если кто и взорвется, для них это не играет большой роли. Доставку десанта в Крым они обеспечили. А сама высадка, и боевые действия на суше, их не касаются.
— Так и нам что делать, если они «хоровод» водят? Да еще и пароходы вокруг крутятся?
— Ждать, пока не встанут на якорь. Рано, или поздно, это произойдет. Не будут они «вальсировать» до бесконечности. И обратно в Варну не уйдут, бросив десант без поддержки с моря. Но встанут на якорь они не на рейде возле порта, а в другом месте. Поскольку понимают, что мы не можем заминировать абсолютно все побережье Крыма. Вот и будем наблюдать, куда же они пойдут…
Вроде, прокатило. Глупых вопросов не будет. А пока наблюдаем за ситуацией, поскольку возможны любые неожиданности. История уже сделала шаг в сторону от известных мне исторических событий. Перед рассветом мы снова скрылись за горизонтом, удалившись от берега. Не надо господам европейцам давать пищу для размышлений, если они вдруг обнаружат «Лебедь». В идеале нам бы лучше оставаться «за кадром» до конца крымской эпопеи. Но тут уже, как получится.