— Правы, Юрий Александрович… Поразительно другое. Как Вы смогли все это предвидеть еще два года назад… Но это так, к слову. По последним данным флот противника почти в полном составе находится возле Аландских островов. Возможно, уже начат штурм Бомарзунда. Наш Балтийский флот стоит в портах и ничем помочь не может. Вся надежда только на ваш «кобуксон».
— Зачем же тащить в русский язык корейские названия, Матвей Игнатьевич? Мне гораздо больше нравится русское слово броненосец. Хотя, некоторое сходство с корейским кобуксоном у него все же есть. С той лишь разницей, что наш броненосец имеет паровые машины, прочную железную броню, и вооружен не в пример лучше. Надеюсь, что неприятный сюрприз англичанам и французам он обеспечит. Сам бы его в бой повел, но кому-то надо здесь, на Черном море действовать.
— А команда справится? Ведь там нет ни одного морского офицера!
— А если бы они там были, то на всей нашей задумке можно было бы сразу ставить крест. Направить никого из офицеров и нижних чинов на коммерческий ледокол Морское ведомство не может, поскольку это сразу же привлечет внимание. И о секретности проекта можно будет забыть. Если же направит одних офицеров, то в лучшем случае штатская команда взбунтуется и разбежится, плюнув на высокое жалованье. А в худшем сначала надают офицерам по физиономии, а потом все равно разбегутся. Хорошо, если до смертоубийства не дойдет. Поскольку господа офицеры начнут себя вести на коммерческом пароходе точно так же, как привыкли на военном корабле. Хватит с меня одного Ахтырцева. Я пытался найти кого-то из находящихся в отставке, но увы! Те, к кому я обратился, отказались. А остальных сам приглашать не захотел по ряду причин. Кроме этого, наши офицеры все равно не имеют опыта управления такими кораблями. Там все основано на бое в линии, стрельбе всем бортом и согласованном маневрировании под парусами всей эскадрой. Опыта стрельбы из казнозарядных нарезных орудий тоже ни один из них не имеет. Поэтому что офицеров пришлось бы учить с нуля, что тех архаровцев, которые там сейчас находятся, разницы никакой.
— М-м-да… Логика в этом есть… А эти ваши… архаровцы… Не подведут?
— Не должны. Все набраны из опытных местных моряков, плавающих на коммерческих судах. Русских и финнов, которые знают Балтику и финские шхеры не хуже собственного дома. И которые именно п л а в а ю т, а не стоят месяцами на рейде, или в порту, наводя внешний лоск и устраивая смотры с парадами. Думаю, Вам прекрасно известно, чем занимался наш Балтийский флот все предвоенные годы. В отличие от Черноморского, где люди действительно занимались боевой подготовкой. А поскольку удерживать свое место в линии баталии, маршировать и наводить внешний лоск нашим балтийским корсарам не придется, то с управлением одиночным броненосцем они справятся. Их работа по проводке судов через лед в Кронштадт в январе, феврале и марте — лучшее тому подтверждение.
— А стрельба из пушек?
— Вся орудийная прислуга из наших заводских специалистов. Они имеют большой опыт стрельбы из этих орудий на полигоне. За это я спокоен…
Расставшись с Троекуровым, отправился к себе на квартиру, где в данный момент меня ждала Циля. Покуда я занимаюсь созданием неприятностей господам «цивилизаторам» и их пособникам на просторах Черного моря, Циля собирает информацию в Одессе. И уже нарыла много интересного. Компромат на некоторых одесских чинуш уже такой, что прижать их к стенке можно запросто. Но пока воздержусь от резких действий. Если криминальные негоции этих хитрованов не будут мне мешать, то и ладно. Я не полиция. Воруют, и пусть воруют. Сейчас практически все чиновники воруют. Когда раскопал делишки Новосильцева, то только диву дался. Не в том плане, что отставной каперанг путает свой карман с государственным, и использует возможности порто-франко максимально эффективно (в своих целях, разумеется), а в том, что умудряется делать это так, что казна не несет убытков. Положенные суммы туда поступают. А вот что в процессе получения этих сумм образуется некоторый «приварок», о котором знают только те, кому положено (плюс Юрий Давыдов, гад такой!), и который по дороге в казначейство таинственным образом исчезает, говорит о незаурядном криминальном таланте господина Новосильцева. Что ни говори, но воровать тоже надо уметь!