Я аж вздрогнула от услышанного. Не приведи Леля!
Словив мой испуганный взгляд, волк чуть мягче улыбнулся, по-отечески погладил по макушке.
— Ты не пуйся так сильно, будь что будет. Да и потом, Наталк, детишки у вас пойдут. В Третьяка берским ликом уродятся, девки опять-таки. А вы выходит, что ты, что он, как сироты, не дело это. Мы, конечно, подсабим, Любава моя и Ласканна первыми прибегут. Я уже промолчу про ваших целительниц! Но понять ты должна: наш звериный брат по-другому устроен, милая. Не вмоготу нам одиношинками быть. Плечом к плечу со своими братьями привыкли быть.
Прав он, как ни крути. Да и...
— Мирон сказал, в лесу есть пара охотничьих хижин. Сочтется ли это отречением от клана, если мы с Третьяком перейдем туда?
Тяжело сглотнув, поинтересовалась я. Буран мотнул головой.
— Нет, Наталк. Так Третьяк останеться частью своего племени, и ты тоже. И дети ваши. Но и не забывай, здесь вам всегда рады. Уж если беры еще раз накосячат, плюнь на все и приходи сюда. Побратаются мои сыновья с вашими медвежатами!
Глава 28
— Наталка, ты чего не ешь? Аль не по вкусу мясо? Жесткое? Вроде олень попался не старым. Я за ним еле угнался...
Гляжу на нее, а у самого ком в горле. Паршиво на душе у меня, только она и спасает, не будь Наталки рядышком, даже не ведаю, что бы сделал от тоски и печали.
Добро со мной обходились белые. Уважительно. С ними, плечом к плечу, я еще повоевал в нижнем ущелье змей и в горах Хельги. Ловкие воины, что не уступали нам ни в силе, ни в мастерстве, ни в благородстве.
Но не мои они побратимы. И всё тут. Мишка внутри словно среди чужаков себя чует. Выть охота на луну по-волчьи. Да одна Наталка — отрада моему измученному сердцу.
— А ты почему не ешь?
Тихо спрашивает она, робко глянув из-под ресниц на меня. Последние два дня она у меня необыкновенно грустная и задумчивая. Хотя поначалу ей у белых несказанно понравилось. Я корил себя за то, что сразу не взял меры в родном клане, видя, как мать ею пренебрегает. Надо было ее к Ганне приставить, к другим благородным и добрым самкам с добрым сердцем.
Тогда быть может сейчас бы не оказался в чужом краю. А так я вероломно решил, что мать побесится, но все равно примет мою волю. Я позабыл, с кем имею дело... Она отца своих детей не пощадила. Уж меня тем паче...
— Да ем я! — черезчур весело фыркнул я, громко фыркнув и ухватившись за ложку, зачерпнул больше тушеного мяса с грибами, отправляя себе в рот. Но Наталка окончательно оставила ложку в сторону, а потом, уложив локти на столе, опустила взгляд, явно решаясь со мной заговорить. Да вот смелости, видать, еще не зачерпала.
— Что-то стряслось, милая? Обидел кто?
Я и позабыл о еде, серьезно глянув на нее. Надо вытрести из нее всю правду, а то она та еще молчунья сердобольная. С нее станется снова сидеть молчком, пока я и не ведаю, что мою печальку обижают.
— А ну быстренько все как на духу выложила!
Строго потребовал я, внутренне напрягаясь. Только от одной беды отцепились! Что еще произошло?!
— Я тут... краем ухом услышала, что... — прикусывает нижнюю губку измученно, побуждая во мне совершенно другие желания, кроме того, дабы узнать всю матку-правду. Ох ты ж моя красавица! Ну как мне от тебя оторваться! Залюблю сегодня. Мммм... Так, Третьяк, соберись! — Что, принимая службу в чужом клане, бер должен отречься от своего родного.
Все мое игровое настроение вмиг испаряется. Желваки заиграли по щекам, и я недовольно поджимаю губы, выжидающе устремив взгляд на Наталку.
— Ну и какой "дятел" тут мимо пролетал?
Она на миг смущенно на меня смотрит, но тут же распахивает такие желанные мною уста.
— Не в этом дело, Третьяк...
Но до меня быстро доходит, что общими силами мои хитрожопые родственники могли отправить разжалобить Наталку только одного бера. К чьему слову она бы не просто прислушалась. Но и сразу же пожалела меня.
— Мироха, зараза такая.
Вырывается у меня от осознания, что это точно был он! И Наталка тут же испуганно распахивает ресницы, возмущенно глянув на меня. Я аж проникся, честно слово!
— Да не имеет значение, кто сказал! Мне обидно, что не ты! Разве мы не повязаны браком, Третьяк!? Разве не жена я тебе!
— Жена. — согласно кивнул я, не уходя на попятую. — Только зачем тебе это знать? Лишний раз тревожиться? Пустяковое дело!
— Не делай так! — неожиданно, будто ужаленная в свой красивый миленький зад, Наталка подпрыгивает на ноги и хлопает ладошами по столу. Лишь ручкам своим больно сделала.