Второй пошел с ведром в туалет. Оттуда послышался шум текущей из крана воды. Представляете, у них есть в кране вода. Я был почему-то убежден, что городские водонасосы давно не работают. Да они и не работали... Я был в нескольких местах этого городишки и даже в паре квартир приходилось ночевать... Не было там воды. Готов поклясться. А тут, пожалуйста. Чудеса.
Еще двое улеглись спать. Прямо в сапогах на сдвинутые детские кроватки. Аня сказала им ночью дежурить. Спальня была уютно обустроена. Выжившие натаскали с других групп мебель и все необходимые, как им казалось, вещи.
Оставшиеся двое дежурили сейчас. Один ушел в другое крыло наблюдать за задней стороной сада, а второй остался с нами, смотрел в окно и то и дело что-то бубнил себе под нос.
Девочка подвела меня к своему уголку. Маленький, покрытый лаком деревянный столик и такой же стульчик, расписанные под хохлому. Рядом книжный шкафчик с аккуратно расставленными на полках журналами и детскими книжками. На стене приклеено несколько рисунков, выполненных простым карандашом, по всей видимости, Анины. На них изображены разные мужчины с закрытыми глазами. Точь-в-точь так же, как нарисовала меня. Аня достала свой рисунок, развернула и тщательно разгладила детской ладошкой на столе. Капнула на обратную сторону прозрачного клея из какой-то бутылочки и со всей силы прижала мое изображение рядом с неизвестными соседями.
— Так вот что за коллекция у тебя, — произнес я. — Кто все эти люди?
Девочка дождалась, пока схватится клей, и отпустила руку.
— Эти дяди хотели мне помочь, но не вернулись, — ответила Анечка. — Они забрели в наш район по случайности или по крайней нужде. Вовсе не грабить, а найти помощь. Мы не стали им делать тук-тук по голове. Накормили, напоили, а выспались они уже сами. Пообещали помочь, если они помогут нам. Услуга за услугу, понимаешь?
— Понимаю, — ответил я, в очередной раз удивившись, насколько девочка не по годам развита.
— Вот тебе что нужно? — продолжила малышка. — Зачем сюда приперся?
— Лекарство, — ответил я девочке. — Взял заказ у одного барыги. Оно необходимо для его дочери. Девочка примерно твоих лет и сильно мучается от боли по ночам. Оно было широко распространено до эпидемии, но сейчас, спустя время, когда все аптеки разграблены, его не найти.
— Так значит, ты наемник? — уточнила Анечка.
— Послушай, малышка, — присел я на корточки, чтобы быть на одном уровне с ней. — Не люблю это слово. Считаю наемников продажными людьми. Повидал таких немало. Участвуют в стычках между бандами. Сегодня они с одними, завтра с другими, а послезавтра с третьими. У кого больше средств для оплаты их услуг, тот им и брат. Я же просто беру заказы. Да, не простые и порой, как кажется, невыполнимые, но за такие обычно прилично платят, и этих ресурсов мне хватает надолго. В общем, я подумал, что необходимое лекарство есть в этом районе. Сюда же бояться соваться даже самые отбитые на голову мародеры.
— Что за лекарство? — спросила Аня.
Я покопался в своем рюкзаке, достал бумажку с названием и передал. Девочка, не читая, отдала ее тому мужчине, что разжег печь и кипятит воду в кастрюле. Тот прочитал и, одобрительно кивнув, отдал обратно.
— У нас есть то, что тебе нужно, — улыбнулась Анечка. — Внутри района был с нашего края есть торговый центр. Очень маленький, там продавали в основном разные бытовые вещи. Так вот, половину этого помещения снимали под парикмахерскую и аптеку. Мы все облазили, как и большинство квартир в округе.
— Что требуется от меня? — спросил я.
Девочка снова взяла меня за руку и повела в другую часть здания детского сада. Подвела к окну, выходящему на другую сторону. За ним находилась школа.
Обычная кирпичная школа, в которых мы когда-то все учились. Крыльцо главного входа со ступеньками. Слева столовая и актовый зал на втором этаже. Справа спортивный зал. Сзади длинный коридор соединял с четырехэтажным зданием с несколькими классами на каждом этаже. Между школой и детским садом общий забор, большое поле с футбольными воротами и отдельная зона с железными спортивными турниками. Сама же школа также была окружена по периметру высоким железным забором. В наше время его, конечно, не было.
— Там мой папа, — сказала вдруг печальным голосом Аня и шмыгнула носиком. — Видишь странное свечение в окнах спортивного зала? Ночью оно еще ярче.
В спортзале действительно что-то тускло светилось зеленым цветом. Я посмотрел в бинокль, но разглядеть ничего не удалось. Стекла зала были то ли давно немытые, то ли изначально матовые. Могу сказать лишь одно: свечение однозначно было, и это при том, что весь город давно обесточен.