- Космат, это я послал весточку Крюку. Передай ему - Серый Ворон тут у меня поселился, сорит деньгами, стражникам целый кошель серебра подарил. Его подружка, - красномордый трактирщик кивком головы указал на светловолосую молодую девицу за одним из столиков, - что-то там наколдовала запрещённое на рынке, отчего молочник взбеленился и привёл сюда в зал целый десяток стражи. Но парень быстро всё уладил, заплатил охране, молочник у той девки едва не на коленях прощения просил.
Я медленно отхлебнул пенный холодный напиток и спросил:
- Что вообще про него известно? Откуда деньги, откуда такая уверенность в своих силах, граничащая с откровенной наглостью?
- Вон та девчонка по-пьяни призналась, что её дружок Серый Ворон - посланник бога Белла, и сам бог ему во всём покровительствует. А Серый Ворон тут стражникам болтал, что эта пьяная магичка на Кафиштенов работает и является чуть ли личной охранницей высокородной Камилетты Кафиштен. С ними ещё парень в доспехах с гербами Кафиштен поселился, так что всё может быть. Потому и ведут себя столь вызывающе, никого не боясь - с герцогом Кафиштеном никто не захочет ссориться.
Это было правдой. Герцог Мазуро Кафиштен являлся одним из наиболее вероятных претендентов на пустующий трон правителя Зелёной Столицы. С его людьми враждовать никто не станет - себе дороже.
- Ладно, я передам твои слова Крюку. А пока что вели слугам наполнить мне горячей водой бадью в номере и пригласи ко мне на всю ночь девчонку рыжую... как её там... Айна, вроде.
- Айна сегодня не работает, господин. Женские дни. Может, Ингу? Полненькая такая, весёлая.
- Можно и Ингу. Хотя нет, я сам выберу вечером.
Серебряный цехин перекочевал из моей руки в ладонь трактирщика. Красномордый толстяк поклонился и ушёл, я же продолжил спокойно пить пиво. Работы на сегодня не предвиделось - от заказа на Серого Ворона я решил отказаться сразу же, едва услышав, что парень является то ли посланником, то ли даже воплощением бога воровства Белла. Это хорошо объясняло все странности с заказом и такую прыть жертвы, которая извела уже с десяток пытавшихся её убить ассасинов и явно не собиралась на этом останавливаться. Подозреваю, что скорбный список убийц-неудачников будет пополняться и пополняться, пока ассасины не откажутся от абсолютно бесполезной затеи. Мне довелось семь лет прожить возле Фиолетовой Странницы, являющейся то ли посланницей, то ли воплощением богини смерти Мораны, и потому я прекрасно знал, на что способны подобные существа, несущие в себе благословение высших сил.
Подошёл сгорбленный Крюк и сел напротив меня на лавку. Ассасин оглядел постепенно наполняющийся к вечеру зал и прошипел недовольно:
- Народу слишком много. В зале не получится, на улице придётся его отлавливать.
- Крюк, я в этом деле не участвую. И тебе сильно не советую.
- Да ты совсем рехнулся, Космат! Такие деньжищи пропадают!
- Серый Ворон ещё ребёнок. К тому же отмеченный богом Беллом, а это даже более чем просто жрец. Вдобавок он и его спутники тесно связаны с правящей верхушкой Холфорда - вон его друг идёт в доспехах рода Кафиштенов. Ну и главное - я не вижу за ним вины и не считаю заслуживающим смерти. Короче, я пас.
Мой собеседник был явно раздосадован:
- С твоими дурацкими принципами ты всегда будешь едва сводить концы с концами! Тебе же хуже, Космат, мне больше достанется, - горбун решительно встал и, отказавшись от принесённого трактирщиком пива, вышел из зала.
Я взял из рук растерявшегося хозяина таверны холодную кружку и поставил перед собой.
- Что бы ни случилось сегодня вечером, нашего с тобой разговора не было, а с Крюком ты близко не знаком, - предупредил я толстяка.
Тот понятливо кивнул и удалился, предварительно сообщив, что ванна для меня в номере готова. Я двумя большими глотками осушил кружку и поспешил в свой номер, предвкушая блаженство от встречи с горячей водой и куском ароматного мыла.
Да, считайте это капризом или изнеженностью, но громадный и страшный Космат не может нормально отдохнуть после выполнения задания, не смыв с себя пыль дорог и целый букет прицепившихся запахов. В отличие от обычных людей, у меня гораздо сильнее развито обоняние. Умение идти по следу и находить заказанную жертву среди толпы даёт мне большие преимущества в работе, но вот в бытовых вопросах от чуткого обоняния я ощущаю лишь сплошные неудобства. В отличие от остальных людей я не могу мыться лишь раз в год. Я чувствую вонь всех этих окружающих меня людей, и она меня безумно раздражает! Сам я уже через день-два без горячей воды испытываю серьёзный нарастающий с каждой клепсидрой времени дискомфорт от едкого запаха собственного пота и от грязной пропахшей дымом одежды. Если же мне приходится менять облик, то становится ещё хуже - потом меня преследует навязчивый прилипчивый запах зверя и мокрой шерсти.