Не включая света, не размыкая глаз, Коля поднялся с кровати и двинулся, широко расставив руки, к середине комнаты. Он по-старчески шаркал ногами по полу, боясь на что-нибудь наступить.
– Да где же ты? – тихо спросил он, разводя руками невидимые воды. – Ага!
Он задел что-то твёрдое.
– Та-а-к…
Коля похлопал руками по предмету. Убедившись, что перед ним раскрытый со вчерашнего вечера чемодан, он закрыл его на молнию и потащил в сторону. Коля тащил и думал, что чемодан стал тяжелее, чем вчера.
Не желая разбираться в ночных иллюзиях, он прыгнул обратно в тёплую кровать и уснул до утра. Больше ничто не нарушило сон Коли Рогинского. Примерно в это же время смогли уснуть обитатели соседних квартир, потому что оргия, сопровождавшаяся криками и стонами, что разбудила половину подъезда, наконец, прекратилась, уступив место мёртвой тишине.
Будильник – вот что могло легко выдернуть Колю из царства Морфея. Разлепляя глаза, он потянулся к телефону. Выключив будильник, с неудовольствием отметил, что за ночь ему пришло тринадцать сообщений. Он уже знал, что большая часть от матери. Вчера у них состоялся тяжелый, скорее для неё, чем для него, разговор. Коля сказал, что хочет вернуться домой. Он привёл массу доводов, почему ему не подходит Черноярск: рассказал о проблемах с трудоустройством; о том, что почти все местные повёрнуты на диких паранормальных идеях; что друзей он тут найдёт, разве что через доску Уиджи. Но для его матери это был шаг назад. Недопустимый манёвр, который предполагает отступление, позорное принятие поражения от «немного неподходящих», как она выразилась, условий. Но Коля придерживался принятого решения также крепко, каким был его сон.
– Посмотрим, что ты ещё придумала, – сказал он, открывая «Телеграм».
В основном она, используя исключительно повелительные конструкции, объясняла, что для Коли лучше. Аргументацию завершила статья: «Топ-5 перспективных фирм Черноярска», куда, по её мнению, непременно требовался молодой экономист без резюме и стажа работы, каким и был её сын.
Коля раздражённо пролистал эти сообщения и закрыл приложение. Но рядом с белым бумажным самолётиком на голубом фоне осталась рыжая иконка: пропущенное сообщение прислал водитель, с которым он договорился о совместной поездке домой.
«Короче, – писал он, – тема меняется, еду раньше. Успеваешь – подбегай»
Под названием контакта «Путь домой» горела синяя надпись «в сети». Коля написал:
«Насколько раньше?»
«Через сорок минут, – пришло от водителя. – Успеешь?»
Коля оглядел комнату. Сначала испугался, не обнаружив чемодана, но, поискав глазами, нашёл тёмно-зелёный короб с ручками на четырёх колёсами в углу комнаты. Как он там оказался? Ах, точно, вспомнил он, что-то капало с потолка.
Глаза проследили за мыслью и уткнулись в белый потолок, усеянные трещинами. Но они там были всегда, а если и появилась новая, то Коля этого не заметил.
– Просто кошмар, – сказал он то ли про сон, то ли про перенос поездки.
Водитель отъезжал от черноярского автовокзала, что на другом конце города. Времени позавтракать и помыться оставалось всего ничего. Коля открыл дверь в спальню, перескочил через белого кота по кличке Амадей, который нежился в лучах восходящего солнца, падающих через кухонное окно. Включил чайник, засыпал сухой каши в тарелку и побежал в душ. Пять минут спустя он выбежал из ванной в одном полотенце, залил кашу кипятком и побежал одеваться.
Амадей, который обычно приходил в ещё тёплую после хозяина кровать досыпать кошачий сон, лежал в неестественной позе в противоположном от чемодана углу комнаты. Он задрал зад и прижал голов к полу, вывернув её набок.
– Ты чего?
В ответ на голос хозяина кот издал протяжное истерическое «мя-я-я-я», похожее на плач. Проследив за бешеным взглядом питомца, Коля сказал:
– Ладно, понял, ты тоже считаешь, что мне стоит остаться в Черноярске, да? Стоит отослать резюме в одну из этих «Топ-5 фирм», верно? Тебя мать подговорила? – спросил он, сев на корточки, рядом с Амадеем.
Кот не реагировал на хозяина. Он смотрел на чемодан, словно тот его гипнотизировал. Причем не успокаивающим голосом, а перечислением каких-то невиданных кошачьих ужасов.
– Ясно с тобой всё… – сказал Коля, почесав кота по шее. Тот не отреагировал.
Коля надел, приготовленные со вчера джинсы и кофту. Вернулся на кухню, пока заказывал такси до автовокзала, съел заварившуюся кашу.
Приложение подсказало, что до приезда Улугбека осталось несколько минут. Коля засунул истерящего Амадея в переноску, которую купил как раз перед отъездом. Оказавшись в мягкостенном заточении, кот успокоился. Коля посмотрел на питомца через сетку: тот спокойно лизал переднюю лапу, которой затем проводил по белой морде, щуря при этом глаза.