— Мама, разве Овчинников говорил тебе что-нибудь? — спросила Лида, внимательно глядя на мать.
— Ах, мой друг, неужели непременно нужно мне говорить, чтобы я догадалась? Мы, старухи, на этом губы съели, не то что вы, ветреные головы! — весело отвечала генеральша. — Ручаюсь тебе за одно, Лиди: что стоит тебе захотеть — и через какой-нибудь месяц мы пьём здоровье наших дорогих жениха и невесты.
— Ну, уж вы очень скоры, maman, — с некоторым неудовольствием сказала Лида, уходя, задумчивая, в свою комнату.
— Ах, как бы я этого желала, как бы я этого желала! — с сердечным вздохом произнесла генеральша и возвела глаза к небу.
— Это непременно будет, chère générale, этого не может не быть, я вам ручаюсь! — энергически поддержала её m-lle Трюше.
— Знаете ли, милая Тереза, — сказала через несколько минут генеральша, тая в своих любимых мечтах. — Я часто думаю, что наш Господь Бог всегда будет милосерд к бедной, беспомощной вдове. Сколько раз Он посылал мне незаслуженные испытания, но никогда не покидал меня. Я чувствую, Тереза, что моя Лида не может быть, не должна быть бедна; она рождена быть принцессой, а не мещанкой; вы сами видите, милая Тереза. А между тем вам известны мои обязательства. Я ничего не скрываю от вас, моего старинного друга. Не правда ли, Господь бодрствует над нами и не хочет, чтобы мы были несчастны. За что Он сделает меня несчастной, Тереза? Я сама всех люблю, всех жалею, всем готова помочь. Милосердый Господь видит сердце человека.
Татьяна Сергеевна приблизила к глазам надушеный платок.
— Chère générale, voyons, prenez courage… Dieu la bênira cette adorable enfant, n’en doutez pas, — утешала m-lle Трюше.
— Да, Он благословит её! Я верю в Его благость, Тереза, — с сантиментальным умилением прошептала Татьяна Сергеевна, обливаясь слезами.
В наступившем молчании из классной комнаты резко доносился голос мисс Гук.
— Почему тут поставлен соединительный союз «и», Alexis? — с бесстрастной твёрдостью спрашивал этот голос.
— Да как же? Ведь перечисляется… — неуверенно ответил Алёша.
— Я не вижу в твоих словах категорического ответа, Alexis. Предлагаю тебе вопрос второй раз: почему тут поставлен соединительный союз «и»? — Алёша молчал. — Я тебя спрашиваю, Alexis, в третий раз: почему тут поставлен соединительный союз «и»? — с педантической назойливостью приставала мисс Гук, не изменяя ни на йоту тона и ни на одну букву своего вопроса.
— Да я ж говорю, тут перечисляются слова… Ведь нужно ж союз, — с некоторой досадой ответил Алёша.
— Твой ответ столь же необстоятелен, сколь неправилен, — строго заметила учительница. — Тебе следовало сказать так: соединительный союз поставлен здесь потому, что им соединяются два определительные слова, имеющие отношение к одному и тому же предмету речи. Повтори, что я сказала.
Алёша повторил, выпустив половину слов и перепутав другую.
— Я до сих пор не могу приучить тебя к точности выражений, — тем же строгим голосом внушала мисс. — Возьми свою тетрадь, я продиктую тебе это самое выражение; ты его должен будешь выучить на память; больше мне ничего не остаётся делать с тобой. Соединительный союз поставлен здесь потому… — раздался через секунду диктующий голос англичанки.
— Милая мисс Гук! Не пора ли детям кончить? Кажется, уж три часа прошло! — ласково крикнула ей генеральша.
— Дети ещё не могут кончить, m-me Обухов! — официальным тоном отвечала из классной неумолимая мисс Гук. — Alexis занимается рассеянно и должен учиться полчаса сверх положенного. Теперь только тринадцать минут четвёртого и ему остаётся заниматься ещё семнадцать минут. — И прежде, чем генеральша могла что-нибудь ответить, бесстрастный диктующий голос продолжал: — Потому, что им соединяются два определительные слова, имеющие отношение к одному и тому же предмету речи. Повтори ещё раз, Alexis!
— Пойти написать письмо, — встала Татьяна Сергеевна, никогда не решавшаяся спорить с англичанкой.
Проходя мимо комнаты Лиды, она заглянула в неё. Лида ходила вдоль комнаты, храбро выпрямившись и твёрдо скрестив руки на высокой груди. Из всего того, что она слышала сейчас от матери, у ней крепко засели в голову две вещи: что она бедная и что Овчинников страшно богат. Она ходила теперь, полная непривычных для неё дум, не замечая своей комнаты, рисуя в воображении большие залы, освещённые люстрами, и толпы бальных кавалеров, снующих вокруг неё.