— Почему же не трогать? Ещё как трогать и как можно скорее, пока не сгнило. Только организовать не так называемую реконструкцию, а научную реставрацию. Как это делается во всех городах цивилизованного мира. Старый центр сохраняется в его исторической концепции, а рядом возникают и развиваются молодые районы. Одно другому не мешает.
Он не удержался от неприязненной ухмылки.
— Знаете, сколько стоит научная реставрация? Думаете, у города есть средства на это?
— Всё ушло на перекладывание плитки? — не сдержалась Инга. — А как же многочисленные инвесторы?
— Инвесторам невыгодно заниматься долгим, дорогостоящим проектом! Скажите спасибо, что хоть как-то восстанавливают все эти здания. Иначе вообще ничего бы не осталось.
— А разве осталось?
Он вздохнул:
— А вы бы лучше посчитали, сколько мы спасли! Вы всё видите в негативе, что вам ни предложи. К сожалению, такая позиция мне хорошо знакома.
— Какая?
— Активный протест, не важно против чего. Протестовать — не работать.
— Знаете что! Олега убили из-за всей этой истории! — выпалила Инга. — Название «Деловой центр будущего» вам о чём-нибудь говорит?
— Вы спятили?? — Он смял салфетку. Инга моргнула, словно по лицу полоснули лучом фонарика.
Какой страх! Будто сигнал светофора резко переключился на красный.
Дерзин быстро взял себя в руки, с нарочитым безразличием посмотрел в сторону, встал, слегка наклонился к ней и сказал полушёпотом:
— Оставьте это дело, пока не поздно.
Он достал из портмоне купюру, кинул её на стол и пошёл к дверям не прощаясь. Как раз в эту минуту официант принёс его заказ.
Весь вечер Ингу трясло от отвращения. Она откупорила бутылку вина, осушила в два приёма и уснула дрейфующим хмельным сном. Утром заставила себя сесть за работу. Пересмотрела материалы, набросала текст еженедельной сводки в блог. О Жербаткине и «Деловом центре будущего» говорить пока нечего. Глянула на себя в зеркало: кожа на щеках сухая, круги под глазами. Кудри торчат в разные стороны. Набрала Дэна:
— Свободен?
— Соседка-а! — Дэн растянул последний слог, что в его случае означало: рад слышать. — Как раз укладочку заканчиваю. Нет, в салоне. Полчасика. Ага, приду! Жди ответа как соловей лета.
Оставалась презентация с копиями документов, фотографиями и съёмками дрона. Инга осторожно вытащила лэптоп Олега из сумки, включила зарядку. Экран ожил. Она набрала пароль, открыла нужные папки и стала монтировать презентацию. Изображения грузились медленно, компьютер подолгу задумывался, потом стал сопротивляться каждому движению мышки.
Такое уже было, когда я работала в ту… Чёрт! Клинит просто.
Инга полезла проверять память. Оба диска переполнены, хотя видимых файлов на компьютере совсем немного — только материалы по расследованию.
Сама не справлюсь.
Indiwind
Подключён(-а)
— возможен вирус
— или память переполнена файлами второго пользователя
Следуя его инструкциям, как под механическую диктовку навигатора, Инга исследовала компьютер и обнаружила в нём две учётные записи. Последняя защищена неизвестным паролем.
Зачем это Олегу? Почему он просто не сохранил эти файлы в папке «Личное»? Он отлично знал, что я туда не полезу. Кто-то ещё имел доступ к компьютеру? Тот, кому он не очень доверял?
Группа помощи от депрессии, самоубийство, завещание, закрытая учётная запись, эта неизвестная наследница Постникова. Что ещё таил близкий друг?
Близкий — такое призрачное слово, в нём зыбкость, мираж. Хруст песка, оптические иллюзии. Человек перед тобой так часто, на таком малом расстоянии, что ты предсказываешь его реакции, угадываешь реплику с несказанного слова. Но это только грубая статистика, чистая теория вероятности. В один миг он может оказаться таким же непонятным и незнакомым, как посторонний.
Инга колебалась. Indiwind наверняка влёгкую справится с этим паролем и откроет ей доступ ко второй записи. Но она сомневалась, стоит ли идти дальше или правильнее оставить Олегу его тайны.
Вошёл Дэн.
— Это какая-то эпидемия! — воскликнул он с порога. Инга вздрогнула от неожиданности.
— Господи, ты меня напугал!
— Прости. Привет! — Легко коснулся губами её щеки. Инга почувствовала резкий запах воска для укладки. — Катя открыла. Начнём? Только предупреждаю, снимать я особо не умею.