Надеюсь, что у Харона нет журналистского доступа к фотобанкам, иначе он тоже легко обнаружит, что фотографии Суховой фейковые.
— Инга! Рад слышать! — Эдик почти кричал в трубку. Она улыбнулась: ей нравился его раскатистый бархатный голос, особенно как он звучал по телефону. Ей нравилась его ровная радость, когда она звонила, его стабильное чувство, которое не смогло изменить ни её замужество, ни Катя, ни любовники, ни возраст.
— Привет, как же я соскучилась! — выпалила она и сразу поняла, что Эдик на том конце трубки замер.
— Ты звучишь иначе, — сказал он после паузы. — Ты никогда раньше не говорила, что соскучилась. А голос такой тревожный. Что случилось?
И тут её прорвало. Она поняла, что давно надо было позвонить Эдику и рассказать ему всё. Она говорила и говорила, останавливалась, плакала, закуривала и снова продолжала. Три раза прерывалась связь, но он перезванивал. Никто и никогда в жизни не умел её слушать так, как Эдик. Даже в его молчании на том конце трубки она ощутила живое, деятельное сочувствие.
На ноутбуке квакнуло сообщение. «Анна Адлер приняла ваш запрос на дружбу. Теперь вы друзья Nасвязи». Инга слушала Эдика и смотрела на открытое окошко мессенджера: «Анна печатает…»
Анна:
«Добрый день! Мы знакомы?»
— Слушай, мне тут ответила сестра Вениамина Адлера, — сказала Инга, — того, который йог и юрист.
— Который от истощения? — уточнил Эдик.
— Именно.
— Назначай ей встречу. Обязательно. Подожди. С какого аккаунта ты посылала ей запрос?
— Конечно, с фейкового.
— Это очень нехорошо. — Эдик напрягся. — Проще простого проверить, кто у человека в друзьях Nасвязи. А если твой Харон узнает, что Сухова задружилась со всеми родственниками людей, погибших в его группе, у него возникнут подозрения.
— Я совсем не подумала об этом. — Ингу бросило в жар. — Так что мне делать?
— Договорись о встрече и скорее убери её из друзей, — сказал Эдик. — Потом перезвони или напиши мне. Я поеду с тобой.
— Хорошо. — Инга тут же стала печатать, руки дрожали. — Спасибо тебе, Эдик. Спасибо. Я напишу тебе.
Елизавета:
«Анна, добрый день! Извините, что беспокою вас. Я перейду сразу к делу: моя подруга попала в группу «Чёрные дельфины» и находится в глубокой депрессии. Я боюсь за неё. Я знаю (она сказала мне), что ваш брат, Вениамин Адлер, состоял в этой группе и что он погиб. Вы не могли бы встретиться со мной и рассказать о нём? Это очень важно. Заранее спасибо. Я сейчас удалю вас из друзей — боюсь, что за мной следят».
Инга сразу же удалила Анну Адлер из друзей, но не успела перевести дух: племянница Скворец тоже подтвердила её запрос на дружбу. Она удалила и её, предварительно написав сообщение того же содержания. После этого Инга решила выполнить первое задание Харона в группе.
Фотографию мнимой Елизаветы Суховой она уже выбрала: снято с вытянутой руки или с селфи-палки, лицо худое, красивое, но измождённое. Она зашла в группу и написала пост, прикрепив к нему фотографию:
«Приветствую всех участников группы! Я новенькая и ещё не разобралась, какие тут правила. В любом случае надеюсь, что мне будет тут с вами комфортно».
Инга нажала «опубликовать» и с удивлением увидела, что пост в группе появился не под именем Суховой, а под ником Dalida и не с той фотографией, которая была у неё на аватарке, а с той, которую она приложила к посту. Таких настроек для групп она ещё никогда не встречала. Чтобы модератор мог менять твой аватар и ник… Ей опять стало не по себе.
Всё-таки хорошо, что позвонила Эдику! Я теперь в этом не одна.
Под её публикацией тут же появился комментарий. Харон: «У нас новый #7. Dalida, добро пожаловать!» Инга ответила: «Спасибо», написала Харону в личку: «Договор распечатала, подписала, сейчас отошлю». Она открыла документ, который он ей выслал, и действительно отправила на печать. К посту посыпались приветственные комментарии от участников. Инга надела тёплый кардиган: замёрзла. У неё возникло ощущение, что её радостно хоронят.
Документ назывался: «Договор об оказании психологической помощи», далее следовала стандартная шапка с реквизитами сторон. В условиях договора Инга не нашла ничего опасного: исполнитель в лице Харитонова Антона Фёдоровича обязуется оказывать Заказчику, Суховой Елизавете (отчество оставлено пустым — для заполнения), психологическую помощь в рамках постановления, утверждённого Минздравсоцразвития от…
П. 2.3. раздела «Обязанности Заказчика» гласил: «Заказчик, будучи лицом совершеннолетним, несёт полную ответственность за свою жизнь и здоровье. Любые решения, которые принимает Заказчик относительно своей жизни и здоровья, являются исключительно его решениями, Исполнитель за них ответственности не несёт».