- Держитесь, - простонал раненый охранник. - Сейчас начнется...
На мгновение все затихло - Мила слышала только журчание воды, струившейся вдоль бортов.
А потом раздался грохот. Баржа подпрыгнула и накренилась. Усталое дерево затрещало, поддаваясь напору разбушевавшейся стихии. Веревки, крепившие товары, лопнули, и ящики заскользили по палубе, сминая бездыханное тело Бобра, словно тряпичную куклу. Мила изо всех сил вцепилась в какую-то бочку, но та тоже пришла в движение и наклонилась, грозясь рухнуть и переломать Миле все кости.
- Поднимайся!
Рик уже успел подняться и каким-то чудом держался на ногах, шагая по ходящей ходуном палубе. Он скользнул по мокрым доскам, увернулся от очередного ящика и крепко ухватил Милу за руку.
- Что ты делаешь? - закричала она. - Не вставай!
Сейчас Рик представлял собой отличную мишень для лучников - но с корабля не летело больше ни одной стрелы.
- Что случилось?! - Мила завертела головой, пытаясь отыскать взглядом корабль Инквизиторов, потерявшийся в холодной водяной круговерти. - Где... где они?!
- Проклятье... Здесь!
Она успела только повернуть голову и увидеть, как из тумана выныривает парус. Нависая над обреченной баржей, он казался еще больше - с половину неба. Оскаленная деревянная морда то ли волка, то ли дракона на мгновение зависла в воздухе...
И обрушилась на палубу, разрезая ее надвое.
Сосновые доски с несколько пальцев толщиной лопались и крошились, словно спички. Краем глаза Мила увидела, как хлынувшая в пролом вода подхватила раненого охранника и швырнула за борт. И куда делись все остальное?..
- Бежим! - закричал Рик, дергая ее за руку.
Вряд ли Мила сама отважилась бы на подобный прыжок. Они перемахнули через дыру шириной чуть ли не в десяток локтей и устремились дальше по палубе. Мила спотыкалась, поскальзывалась и падала, но каждый раз твердая рука Рика поднимала ее обратно на ноги. Что-то темное мелькнуло справа - наверное, мачта переломилась и рухнула. От удара у Милы потемнело в глазах, а рот тут же наполнился горячим и соленым. Но даже сейчас Рик не дал ей свалиться, и волок все дальше - мимо загона с ревевшими от ужаса коровами.
- Спасайся! - Он подбросил ее и швырнул прямо на могучую конскую спину. - Доверься Келпи, он знает, что делать!
- А ты?! - Мила кое-как нащупала мокрую и скользкую узду. - Что ты задумал?!
- ВПЕРЕД!
Раздался шлепок - Рик изо всех сил ударил коня по крупу ладонью. Келпи гневно заржал, поднялся на дыбы, едва не вытряхнув Милу из седла, и рванулся, круша хлипкие доски загона.
- Рик!!!
До боли выкрутив шею, Мила увидела, как он развернулся лицом к высыпавшим на палубу воинам с корабля. Один. Безоружный.
А потом над ее головой сомкнулись темные воды Лайбы.
ГЛАВА 11
Никогда еще Миле не было так холодно. Даже самой лютой зимой в Верховинах, когда мороз рисовал на окнах ледяные узоры в полпальца толщиной, дома засыпало снегом по самую крышу, и даже огонь в печке виновато съеживался, словно пытаясь извиниться за свое бессилие. Ему не под силу было справиться со стихией, свирепствовавшей снаружи, за толстыми бревнами стен.
Но и в такие дни в доме Матушки Яны еще оставалось достаточно тепла, чтобы чувствовать себя уютно. Хотя бы под двумя толстыми одеялами. Малышка Мила, а потом уже девушка Мила выбегала из дома, натянув толстенный овечий тулуп и матушкин плащ и полинявшей медвежьей шкуры, и пробиралась по узким тропинкам через сугробы. Или до старой березы и направо - к Марте, или прямо до мельницы через мост - к Анне. Ветер продувал до костей и швырял в лицо острые ледяные крошки, мороз беспощадно впивался в щеки и нос, норовил забраться под одежду и ухватиться ледяными руками за сердце, но Мила всякий раз оказывалась быстрее и добиралась до спасительного тепла.
Но здесь, посреди бесконечных холодных волн, тепла уже не осталось. Мила уже не видела ни корабля Инквизиторов, намертво сцепившегося с баржей покойного Бобра, ни берегов, ни неба. Только Лайбу и туман. Пальцы свело судорогой - наверное, только поэтому Мила так их не разжала, цепляясь в узду и густую гриву Келпи. Даже могучему животному, способному нести на своей спине Черного Рыцаря в Доспехах, было непросто совладать с течением. Стремнина осталась позади, и Лайба больше не волокла их, грозясь размазать о подводные камни, но все еще спешила куда-то и накрывала огромными волнами.