Результат оказался печальным - красные драконы почти уничтожили синих и те отступили к вечным льдам, став их частью и затерявшись среди вечных вьюг и ветров. Первородные, так и полностью и не оправившиеся, тоже понес серьезные потери. Не в силах противостоять объединившимся людям и драконам Первородные отступили на самый край света, за Безмолвное море и затаились там.
- Но что стало с красными и зелеными драконам? Почему на вас охотились, если вы помогали людям? - спросил Арн.
- Все же, люди - дети Азариила. - Нэйвиара горько улыбнулась. - Когда они поняли, что драконы разобщены и слабы, то предали нас и обратили свое оружие против своих же спасителей. Я знаю, что некоторые Первородные хотели помочь нам, поддержать. Вэлфиар рвался в бой, но мать Первородных запретила им сражаться, сказав, что предавшие однажды, уже никогда не станут семьей. Тогда Вэлфиар воспротивился. Пусть пережитое и ожесточило его сердце, но тот, кого называют Мраконосцем, всегда был справедлив...
Нэйвиара замолчала вновь, предавшись воспоминаниям и чуть прикрыв глаза.
- Я помню, как Вэлфиар парил над полем битвы, будто это было вчера. Гордый, бесстрашный и величественный, один из первых Вестников, он был предан своим же родом. Пусть он и был консортом матери рода, но не подчинился ее воле. Вэлфиар помог нам, спас от гибели и за это, остальные Первородные обрекли его на заточение. Так пришел конец эпохе драконов, и началась эпоха людей.
- Но... это... Это все не правильно, - закусив губу произнесла Октавия. Арн согласно кивнул. Вдруг он почувствовал обиду и стыд, за род, что недавно считал своим собственным. Теперь, пожалуй, охотник был рад, что лишь наполовину человек. Даже Алика погрустнела и отвела взгляд.
- Теперь вы узнали правду. Вы не обязаны мне верить, но...
- Я верю, - Октавия шмыгнула носом. - Отец никогда не рассказывал мне о прошлом, а то, что сказали вы... Спасибо.
- Но... - Арн нахмурился. - Если Вэлфиар был в заточении, а война прошла давно, то Амелия... Сколько ей лет?
- Мало, - Нэйвиара улыбнулась. - Она еще совсем малышка. Когда Вэлфиара сковали, мать Вестников смягчилась и решила изменить свое решение, как в отношении его, так и нас. Она все же захотела помочь красным и зеленым, но нашлись несогласные. Мать свергли и казнили, усомнившись в ней, а к власти пришел совет. Всех остальных драконов заставили выпить кровь прародительницы, как новый обет и клятву верности. Это лишило их воли и превратило в безумных убийц. После совет уничтожил всю кладку, за исключением одного единственного яйца, на которое они наложили чары, не позволяя вылупиться.
- Зачем? - не поняла Алика. - Если род этой матери имеет такую силу, то...
- Что бы контролировать Вэлфиара, - ответил Нэйвиара. - Вот зачем Вестникам нужна Амелия. Они не смогли заставить его выпить кровь праматери. Амелия, его единственная выжившая дочь, была заложником, чтобы он не пытался освободиться и отомстить за...
- Так он любил мать Амелии даже после того, как она прокляла его и велела заковать в цепи?! - Октавия прикрыла рот ладонями.
- К сожалению, - Нэйвиара кивнула. - Вэлфиар был достоин лучшего, но всегда хранил верность своей королеве. Всегда, кроме одного единственного раза, когда ослушался ее воли и помог нам.
- Но почему он сразу не сказал?! Почему молчал все это время!? - Арн вскочил и в сердцах топнул ногой. Обида и досада пронзили сердце Змееглазого. - Почему он не открыл правду, а строил из себя злодея?!
- Вэлфиар слишком горд, чтобы оправдываться, - и вновь, когда она заговорила о Мраконосце, губы Нэйвиары растянулись в улыбке. - Да и кто, по-твоему, Вэлфиар, в глазах остальных? Он убивал не только людей и гигантов, он уничтожал целые города и проливал кровь родичей. Вэлфиар понимает это и не ищет искупления или прощения. Он знает, что ничего уже не вернуть и не исправить.
К тому же, Арн, из твоего рассказа я поняла, что кровь красных драконов пробудилась в тебе лишь при приближении Вэлфиара. Ты не задумывался, почему у тебя начали появляться крылья именно тогда, а не раньше и не позже?
- Да... как-то нет, - честно признался Арн. Он, действительно, никогда не задумывался о подобном и даже не пытался связать свое знакомство с Мраконосцем и пробуждение древней крови.
- Это инстинкты, инстинкты твоего рода, что пробудились от близости Вэлфиара. Если бы вы не повстречались, возможно, ты так никогда и не узнал бы о том, кто ты есть.
- Дела-а-а, - протянул Арн, вновь усевшись на прежнее место. - Я и не думал, что Вэлфиар такой... Другой.
- Он лучше, чем хочет казаться, - уверенно заявила Октавия.
- И в этом, от части, заслуга его дочери, - добавила Нэйвиара. - Теперь королевы Вэлфиара нет, но у него осталась Амелия. И я уверена, что он пойдет ради нее на все... Я, признаться, даже немного завидую этой девочке...
- Подождите, - Алика вдруг с изумлением уставилась на Нэйвиару. Только сейчас части мозаики из странного поведения Хранительницы жизни сложились у ведьмы в голове, и внезапная догадка поразила девушку. Все, от взгляда Нэйвиары, до дрожи в ее голосе при упоминании Вэлфиара указывали лишь на одно. - Так ты... Вы что... - Алика сглотнула. - Он вам не безразличен?!
- Что?! - Октавию будто молнией поразило.
- Да ладно тебе, - Арн фыркнул. - Этого не может... Чего?! - едва заглянув в глаза хозяйки шатра, охотник разинул рот от удивления. - Да ладно...
- Это... Так заметно? - Нэйвиара смущенно улыбнулась, и ее щек коснулся румянец.
-Э-э-э... Кхм, - Алика первой пришла в себя. - Но вы ведь поняли, что Вэлфиар из-за проклятия впадает в припадки страшной ярости.
- Я знаю это, - Хранительница жизни сразу стала серьезной. - И, признаться, я даже не представляю, как снять это проклятие. Возможно, мать нашего рода сможет что-то сделать, но я не знаю, согласиться ли Вэлфиар.
- Если вы спасете Амелию - он согласиться на что угодно, - уверенно кивнул Арн. - Снимите проклятье и сможете делать с ним что захотите.
- Это очень заманчиво, - Нэйвиара лукаво улыбнулась. - Кстати, - воспользовавшись общей дружественной атмосферой, Арн решил задать один вопрос, который недавно появился у него в голове и рвался наружу. - А где ваши мужчины?
- Какие?
- Ну это, самцы, Хранители жизни. - Немного смущенный непониманием со стороны собеседниц, Арн отвел взгляд. - Я видел только девушек.
- Ах, вот ты о чем, - Хранительница рассмеялась. - В нашем роду лишь женщины. Так заведено.
- А как вы...
- Кто про что, - Алика смерила Змееглазого уничижающим взглядом.
- В любопытстве нет ничего плохого. - Примиряющее произнесла Нэйвиара. - Для получения потомства, нам нужны самцы из другого рода. Если рождается девочка - она становится одной из наших сестер, а если мальчик, то он относится к тому же роду, что и отец.
- А-а-а, - Арн довольно осклабился и хитро подмигнул Хранительнице. - Тогда не удивительно, почему Вэлфиар...
- Достаточно, - вежливо прервала полукровку Нэйвиара и смущенно улыбнулась. Но улыбка почти сразу пропала с ее лица. Быстро встав, хозяйка шатра подошла к выходу и немного приподняла изумрудный полог. Сразу же снаружи раздался громкий и властный голос.
- Прочь с дороги! Где моя дочь?! Отвечайте или умрете!
- Легок на помине, - прошептал Змееглазый.
- И в скверном настроении, - добавила Алика, но, несмотря на слова, голос ведьмы звучал весело - в нем чувствовалось облегчение и искренняя радость.
Спутники вышли из шатра следом за Нэйвиарой и сразу же увидели массивную фигуру в черной броне. Едва поняв, что дракон прибывает в человеческом обличии, всем стало значительно легче.
Мраконосца со всех сторон окружили воительницы, но ни одна из них не решалась обнажить оружия в присутствии столь грозного существа. Девушки нерешительно пытались остановить неуклонно шагающего вперед Мраконосца.