Напрягая последние силы, он в пятый раз коснулся подбородком холодной металлической трубы, добела отшлифованной руками ребятишек. «Неужели больше не хватит духа?» — думал Дмитрий, расслабленно повиснув на руках. И тут же, словно кому-то угрожая, процедил сквозь зубы:
— Нет, не сдамся!..
Медленно, мелкими толчками приближалась голова его к турнику. Руки дрожали… До боли стиснув зубы, Дмитрий с трудом преодолевал последние сантиметры, отделявшие подбородок от перекладины. Но вот наконец кончиком носа он почувствовал холодок металла и в последнем волевом усилии достиг трубы подбородком. Шесть раз!..
Дмитрий спрыгнул на землю и сразу же ощутил на своих плечах чьи-то руки. Потом эти руки замкнулись на его глазах.
— Отпусти… твои руки узнаю из тысячи.
XIII
Шадрин не находил себе места. Он ходил по комнате и в тысячный раз задавал себе один и тот же вопрос: «Что делать? Где найти работу?»
В комнате становилось душно. Хотелось вырваться на улицу и идти… Да что там идти. Бежать! Но куда?
И вдруг он вспомнил Багрова.
В тяжелые минуты, когда к человеку приходит горе, память на свой взвихренный гребень выносит имена и лица верных друзей. Иван поймет, Ивану обо всем можно рассказать. Он что-нибудь подскажет.
И вот Дмитрий едет к другу студенческих лет.
После окончания университета Багров был направлен следователем в прокуратуру военно-воздушных сил Московского военного округа.
За все время после окончания университета Шадрин только два раза виделся со своим другом. Последняя встреча была весной, в Сокольниках, когда Иван исповедально открыл свою душу. Не раз потом вспоминал Дмитрий этот разговор.
Дмитрий знал, что Багров пока не женат, что живет он в Тушино, в военном городке, в мансарде финского домика.
Выйдя из метро, Дмитрий полчаса трясся в трамвае. Из головы не выходили слова Спивака: «Не те масштабы… Из пушки по воробьям…» — и горькие вопросы к самому себе: «А где, где они те знаменитые бастионы, для которых отливали мои пушки? Где мои мишени?»
Улица, на которой жил Багров, находилась почти в самом конце военного городка, построенного пленными немцами.
Слева тянулся высокий дощатый забор, обнесенный колючей проволокой. Судя по вышкам, на которых стояли вооруженные часовые, — это был лагерь заключенных. За забором надрывно лаяли собаки.
Справа цепочкой близнецов тянулись небольшие финские домики. «Только бы застать дома», — подумал Шадрин, ускоряя шаг. Но вот, наконец, последний поворот. Третий домик с края. Он ничем не отличался от своих собратьев. Окно мансарды было распахнуто. «Дома», — решил Шадрин и, подняв с земли камешек, бросил его. Попал в стекло. Из окна высунулась всклоченная голова Багрова.
Иван, увидев Дмитрия, просиял, как мальчишка:
— Ого-го-го! Штурмуй мой небоскреб!
Голова скрылась.
Через минуту Багров выскочил на улицу. От радости он так стиснул руку Шадрина, что тот даже поморщился.
— Вот не ждал! Хотя сегодня даже сон видел. Приснилась здоровенная овчарка. Так и рвет меня на куски. От страха даже проснулся…
Молча поднялись по узким скрипучим ступеням в крохотную мансарду. В тамбуре была даже малюсенькая кладовка, в которой умещались ведро и какая-то посуда.
Войдя в комнатку с низеньким фанерным потолком, со скошенными стенами, на которых кое-где темнели продолговатые кровяные полосочки, Дмитрий подумал: «Да, Ванечка, покусывают тебя не только гордость и самолюбие нигилиста, но и клопики…» Подумал, но сделал вид, что не заметил этих полосочек, знакомых почти всякому деревенскому жителю средней полосы России, живущему в нужде и тесноте.
Перед окном стоял небольшой канцелярский стол. К нему были приставлены два грубых стула с протертыми клеенчатыми сиденьями. Правый угол занимала железная солдатская койка с провисшей сеткой, следом за ней вплотную стояла обшарпанная фанерная тумбочка, на крашеной столешнице которой бросались в глаза жженые следы от папирос, и дощатый платяной шкаф. На распахнутой дверке шкафа была прибита бляшка с инвентарным номером. В левом углу неустойчиво высилась кособокая этажерка с книгами.
— Вот так и живу, — Багров развел руками. — Имею подмосковную прописку и, как видишь, меблированную комнату. Ты молодец, Дмитрий, что приехал. У меня сегодня как раз получка.