Мы зашли вместе.
И сервис ожил.
— О-о-о! — заорал кто-то так, что у меня уши заложило. — Женька!
— Живáя! — добавил другой голос. — А мы думали, шеф тебя в подвале держит!
Я рассмеялась — и сразу почувствовала, как внутри отпускает. Как будто воздух стал легче.
Ребята окружили меня моментально, но держались на расстоянии — пока не понимали, можно ли обнимать или нет.
— Ну ты даёшь… — протянул Лёха, улыбаясь. — Шеф один раз вынес задом вверх — и всё, он твой!
Я успела только открыть рот, чтобы сказать “иди ты”, как Саша сделал шаг вперёд.
— Так, — голос у него стал ровный, спокойный, но такой, что сразу всем стало понятно: шутки закончились. — Женя беременна. И вы сейчас все дружно включаете мозг. Не дёргать. Не нервировать. Не таскать.
Он оглядел ребят, и у него на лице мелькнуло то самое выражение: “я не шучу”.
— Шутки шутить будете… — он сделал паузу и добавил, чуть наклоняя голову, — уже со мной. Понятно?
— Понятно, шеф… — протянул кто-то, и по цеху прокатилась неловкая тишина.
Я стояла и смотрела на Сашу, как на чужого. Он… сказал это вслух. При всех.
Не спросил меня. Не “можно ли”. Просто обозначил.
И это было одновременно… бесило и трогало.
Он правда решил, что я — его.
И теперь с этим жить.
Он повернулся ко мне уже мягче:
— Ты на месте посиди, привыкни. Потом, если захочешь — покажешь Марине что и как. Я к управляющему.
И ушёл наверх, оставив за собой ощущение, что он только что поставил невидимую табличку: “Не трогать”.
Я дошла до стойки — и там, правда, сидела девушка.
Красивая. Молодая. Аккуратная. Светлые волосы, легкий макияж, уверенная осанка.
Она подняла глаза, улыбнулась — по-настоящему.
— Привет! Ты… Женя, да?
— Да, — я улыбнулась в ответ. — А ты Марина.
— Ага. — Она чуть наклонилась ближе, словно мы уже подруги. — Слушай, я думала, ты строгая и страшная. А ты… нормальная.
— Спасибо, — я фыркнула. — Очень лестно.
Она засмеялась.
— Я просто слышала, что тут мужики… ну… мягко говоря шумные.
— Ты ещё не всё услышала, — сказала я, и мы обе рассмеялись.
Марина быстро “сдала” мне расклад: что было за эти дни, кто накосячил, кто как себя вёл. Жалобно спросила:
— Скажи честно… как ты их выдерживала?
— Привыкла, — пожала я плечами. — Они как шумный телевизор. Сначала раздражают, потом уже без них скучно.
— Блин, — Марина закатила глаза. — Я вчера чуть не ушла после третьего “Марин, а Марин”. Они меня зовут так, как будто я… котёнок.
— Добро пожаловать, — сказала я.
Клиенты пошли один за другим. Мы оформляли, подписывали, печатали. Время правда пролетело незаметно. Я даже поймала себя на мысли, что мне хорошо. Не дома в тишине. А вот так — живо, привычно, нормально.
И вдруг Марина замолчала на полуслове.
Я подняла глаза.
Она смотрела куда-то в сторону лестницы — и лицо у неё стало таким… восторженным.
— Блин… — выдохнула она почти шёпотом. — Какой же он красавчик…
— Кто? — автоматически спросила я и тут же поняла, что уже знаю ответ.
Марина кивнула, даже не отрывая взгляда.
— Он. Шеф ваш. Я не понимаю, как вы вообще с ним работаете. С ним же… дышать сложно.
Я нервно рассмеялась — тихо, почти без звука.
И подняла глаза.
Саша спускался по лестнице.
Чёрная куртка, шаг уверенный, лицо собранное. И это выражение — не “домашний Саша”, который жует тосты, а тот, который умеет резать воздух одним взглядом.
Он подошёл к стойке, посмотрел на меня.
— Всё нормально? — спросил.
— Да, — ответила я. — Мы… работаем.
Марина тут же слишком вежливо улыбнулась:
— Здравствуйте.
Саша окинул её взглядом — холодным, быстрым. Не грубым, но таким, что Марина тут же выпрямилась ещё сильнее.
— Привет, — сухо сказал он и снова посмотрел на меня. — Жень, поехали. На сегодня хватит.
— Но я… — я хотела возразить, но его взгляд остановил меня.
— Я жду в машине, — сказал он и ушёл.
Марина смотрела ему вслед с открытым ртом. Потом на меня.
— Вы что… вместе?..
— Угу, — сказала я, застёгивая куртку.
Марина закрыла рот ладонями:
— Божеее… я только что… сказала… прости! Жень, прости, я не знала!
Я усмехнулась:
— Теперь будешь следить за языком.
— Всё, я молчу, — она подняла руки. — Ты только не убивай меня. Он меня убьёт.
— Он тебя не убьёт, — сказала я. — Он просто посмотрит ещё раз.
Марина содрогнулась так искренне, что я рассмеялась уже по-настоящему.
Мы попрощались, и я вышла.
Саша стоял на крыльце, курил. Дым уходил в холодный воздух. Он увидел меня, не сказал ничего — просто выбросил окурок и пошёл к машине.